15 августа 1990 года. Латвия, 35 километр трассы Слока — Талси. Ясный полдень, пустынная узкая дорога. Здесь только двое — «Москвич» и «Икарус» без пассажиров, они едут навстречу друг другу. Вдруг происходит неминуемое: визг тормозов, страшный момент удара. До сих пор неясные причины, ни одного свидетеля. Один миг и темнота... Мне тогда было три года. Я не помню новостей и сюжетов о том, как ушел Виктор Цой. Но я отчетливо помню его имя, написанное на стенах. И после обычно слово «жив». Хотела верить, так оно и есть. Эти слова были повсюду. С них все и началось. Далее был его голос. Когда я впервые услышала песни группы Кино (еще не зная биографии, не видя фото), подумала — исполнителю точно лет 40-50. Была уверена: так должен писать человек, у которого солидный жизненный багаж за плечами. Кто немало видел, чувствовал, испытал. Позже я узнала, сколько ему на самом деле... Вообще представить, что Виктор Цой может быть младше меня... Я не могу осознать. Он знает о жизни гораздо больш