«Как зовёшься ты?» «Жанна» «Что несёшь?» «Несу смерти. И сечу!»
«Кто ведёт тебя, птаху в доспехах?» «Ведут голоса. И я им не перечу».
«Чем докажешь?» «От Бога, Святое во мне! Для меня запалили костёр, приосанили дыбу».
*
Небо. Колкое, серое. Смотрит бесстрастно. «Весь север — в огне. Возвращайся до срока в Антибу.
Ты — мала и наивна. И тебе не вспороть этих спин! Ты умрёшь, на костре. И развеешься пеплом. Невинно.
Ведь у них — всё Ланкастеры, Генрихи, да Азенкуры. Не плачь. Пусть не узнанным будет наследник.
«Unam Sanctam etc»-е похоронит тебя. И последним, знатный Рэ соберёт из бродяг «свою армию».
Но опоздать, пожелает Господь. Твоя плоть жарким пламенем будет взвиваться,
Под грустные речи:
«.. Мне твоё не сломить. И хребет о седло не калечить. Уходи. Не перечь. Не затем Я лепил эти плечи.
Эту белую кожу, тесёмками кружев ласкать бы. Этим ножкам до ночи плясать на больших богородичных свадьбах.
Эти руки нежны. Для забот о семье, и о доме. Встань с колен — не важны. Твои вера и х