Начало всей этой кошачьей чехарде в мировой литературе было положено мифологией Египта. Женщина с головой кошки – богиня веселья и радости по имени Баст.
Естественно, поскольку богиня смотрит на мир широко раскрытыми зрачками, колдовским, немигающим взглядом (так и хочется добавить что-нибудь чеховское: как гадюка из спелой ржи) ее тут же по совместительству окрестили Оком Солнца. Впоследствии, а именно в средневековье, кошке и женщине все эти языческие веселье и радость аукнулось. Дьявольские отродья были низвергнуты с небес в тартарары.
С тех пор и повелось, все самое загадочное, таинственное, инфернальное, чувственное было сопряжено с образом ни в чем, кроме своей красоты, неповинной кошки.
Недаром в Воландовскую свиту у Булгакова в «Мастере и Маргарите» входит ужасно наглый и не менее ужасно обаятельный Бегемот. А в рассказе Эдгара По «Черный кот», эта мохнатая тварь, которую зовут Плутон (римский бог подземного царства, прямо-таки предтеча дьявола(), воздействует на своего хозяина по средствам Дьявольского Соблазна!
Излишне напоминать, чем это оборачивается для главного героя, слово «ужас» - лишь слабый отблеск того, что на самом деле происходит.
С полной уверенностью можно сказать, что с некоторых пор кот&кошка прочно затесались в мировую литературу и заняли в ней главенствующее место. И дело, видимо, здесь не совсем чистое.
Ну почему, кошка, а не собака, друг человека, лошадь или какой-нибудь хомяк или на крайний случай крыса?
Ведь всякий, кто сталкивался на своем жизненном пути с семейством кошачьих, знает: кошка ведет себя крайне независимо и быстро садится своему хозяину на шею. А уж практической пользы от нее – прямо-таки никакой (ну или почти никакой).
Ответ на этот вопрос покрыт, естественно, мраком. Эти пушистые твари прочно обосновались в литературе и освоили практически все жанры от классического романа до мюзикла включительно.
Роман? Пожалуйста: «Житейские воззрения кота Мурра» Гофмана.
Сказки? Ну тут вообще список получится довольно внушительный. Одни только Братья Гримм выдали на гора несколько: «Ганс и полосатый кот», «Бременские музыканты», и т.д.
Шарль Перро со своим «Котом в сапогах» вообще вошел, можно сказать, в историю. Его отважному и находчивому герою в Лондоне установлен памятник.
Не обошла своим вниманием кошка и басню. Иван Андреевич Крылов, унаследовав от нее стремление к грациозной лени, увековечил ее в баснях «Кот и повар», «Кот и щука» и т.д.
Лафонтен, памятуя о Египте, написал басню «Кошка, превращенная в женщину».
Между прочим, эта пренеприятная история, когда некий гражданин возымел желание жениться на своей кошке и даже превратил ее в человека, и непонятно, чем бы все это дело закончилось, не появись в самый ответственный момент мышка, знаменует собой окончательную победу кошки над человеком и вообще здравым смыслом.
Женский образ в литературе с некоторых пор, как атавизм, за ненадобностью просто оказывается в большой, жирной тени все той же кошки.
Спустя каких-то несколько тысячелетий кошка, отвоевав утраченные было позиции, становится таким же, если не большим, божеством.
Ее улыбке поклоняются: Чеширский кот из «Алисы в стране чудес» Льюиса Кэрролла. Автор умаляется до банального пересказчика ее мифов – никто иной, как «кот ученый» подсказал Пушкину сюжет «Руслана и Людмилы».
Хулио Кортасар в своем чудесном рассказе «Пространственное чутье кошек», запутавшись в любовном треугольнике: автор – жена – кот, - отдает пальму первенства последнему.
Ну и напоследок, что, собственно, и следовало ожидать, Томас Стернз Элиот лишь констатирует то, что давно свершилось, написав поэму «Популярная наука о кошках, написанная старым опоссумом» (кстати, «Старый Опоссум» - псевдоним Элиота, которым его наградил Эзра Паунд).
А мюзикл «Кошки» (Cats) Эндрю Ллойда-Уэббера – это и вовсе гимн кошкам всех времен и народов, музыка которого звучит реквиемом по отношению к прочим тварям.
Образ «кошки, которая гуляет сама по себе» - это уже некий символ порабощения и зависимости человечества от кошек. Это - всепожирающее Око Солнца, милостиво взирающее со своего недосягаемого трона куда-то вниз, на грешную землю.
А что же в жизни?
Кот - это вам не фунт изюму!
Существо крайне деликатное, пугливое, чувствительное, чувственное, загадочное и забавное.
Нужно ли говорить о том, что кот сам устанавливает правила, которые необходимо неукоснительно соблюдать в обращении с ним?
Нет, не нужно. Каждая женщина, которая попалась в лапы серого в полосочку хищника, это понимает практически сразу.
Во-первых, ни в коем случае нельзя стеснять кота в его стремлении выказать свою нежность и преданность хозяйке, когда это ему заблагорассудится. Непонимание сего важного в жизни котов факта может привести к немотивированной агрессии, молчаливой угрюмости, замкнутости и разрыву отношений.
Во-вторых, кота необходимо вовремя и правильно кормить. И здесь ни в коем разе не нужно устанавливать свои правила, скажем, упорно пичкать своего питомца каким-нибудь фасолевым супчиком или яичницей, если ему нравится бифштекс с кровью или докторская колбаса.
Следует помнить, что у каждого кота есть свое любимое блюдо или лакомство. Ваши шансы завоевать его сердце (многие ошибочно полагают, что так просто), ум, честь и совесть повысятся, если вы его будете баловать чем-то таким экзотическим, но, однако же, не преподнося все это с оскорбляющей нервную и чувствительную кошачью натуру помпой и торжественностью.
Мол, вот видишь, как я тебя, сволочь ты этакая, люблю, холю и лелею, а ты не ценишь этого (при этом еще размазывая слезы вперемешку со соплями по щекам)?!
Никаких попреков и намеков на то, как он дорого обходится хозяйке! Кот терпеть не намерен столь неделикатного с собой обхождения. Он – гордое, независимое существо, которое позволяет за собой ухаживать. И то исключительно тем, кто этого достоин.
Для кота каждая мелочь имеет весьма существенное, а порой и глобальное, значение.
К примеру, вы купили новые занавески на кухню. Стоит заблаговременно посоветоваться с котом: милый, какая расцветка тебе нравится, зеленый горошек или меланж?
Но, однако, помните, что никаких ярких расцветок и резких запахов. Кот должен чувствовать себя в безопасности и уютно, словно в колыбели или на руках у мамы.
И в заключении пару слов о разновидности кошачьей породы.
Котов-мужчин можно условно разделить на три психологических типа.
«Киса» – домашнее, бесконечно преданное и забитое существо, любящее свою мамулю и за самое большое несчастье в своей жизни почитающее – испортить ей настроение.
Тип меланхоличный, нежный, иногда до приторности, но верный.
«Котяра» - в противоположность «Кисе» довольно-таки сквалыжное, сволочное существо, требующее постоянного внимания и ухода. Художественная натура, писатель или поэт, склонный к постоянным истерикам и частым хождениям налево, которые, конечно, не следуют поощрять, но и запрещать опасно.
«Мур Мурыч» - сибирский валенок, ленивый и толстый. Спит в любом положении и в любое время суток, мышей не ловит, налево не ходит, но зато возле него хорошо греться в стужу. Любит простую и грубую пищу, в обхождении неприхотлив, но в меру ласков.
Очень хорош в условиях деревни и дачи.
Прочие нюансы характера зависят от породы, мест обитания, ухода и кормления за своим питомцем.
Как с ними со всеми быть или не быть? Не знаю. Потому что сам, как говорится, такой, «но на меня весь свет похож»!