Воля и разум. Очень часто мы используем эти два слова вместе, пытаясь подчеркнуть, что именно вместе, а не по отдельности они составляют реальную силу. Воля и разум: союзники или антагонисты? Насколько разумными являются волевые действия? И насколько нуждается в сильной воле наш разум? Как развить силу воли? И стоит ли вообще это делать? Что дает больше преимуществ в жизни: сильная воля или гибкий разум?
Пути к улучшению жизни мы, как правило, начинаем искать тогда, когда жизнь приносит нам больше страданий, чем радости. Нам очень не хочется страдать. И когда каждый день предлагает нам новые проблемы, и мы не в состоянии их решать, мы страдаем вдвойне: и от последствий нерешенных проблем, и от своей неспособности с ними справляться.
Проблем становится все больше, и мы начинаем втайне мечтать о том, чтобы нашелся кто-то, кто сможет одним махом всё это решить, да еще сделать так, чтобы никакие проблемы больше не возникали. И если такой кто-то появляется, мы готовы закрывать глаза на то, откуда он взялся и какими методами собирается решать наши проблемы, лишь бы иметь возможность верить, что кто-то это будет делать вместо нас.
Каждое живое существо, и человек не является исключением из правил, вырабатывает в процессе эволюции свои собственные защитные механизмы, помогающие ему быстро реагировать на вызовы окружающей среды, оберегая свою собственную жизнь и продолжая её в своем потомстве. Эти механизмы могут быть самыми различными. От примитивного отползания в сторону, противоположную опасности, как это происходит у простейших организмов, до попытки осознать причину опасности и подчинить её себе так, как делаем это мы, люди.
Принцип адаптации к окружающему миру, присущий всему живому, предельно прост. Если окружающая тебя жизнь изменилась настолько, что твое место в ней перестало быть комфортным, безопасным и уютным, - ищи новое место. А если такого места поблизости нет, то измени себя и приспособься к новым условиям жизни. И чем быстрее ты это сделаешь, тем больше у тебя шансов выжить и передать свои гены по цепочке поколений в будущее.
Свобода воли состоит в том, что поступки, которые будут совершены впоследствии, не могут быть познаны сейчас.
Людвиг Витгенштейн
Разум является самым совершенным из всех механизмов адаптации, созданных эволюцией на нашей планете. Он, по крайней мере, теоретически, позволяет нам не только изменять себя, но, в той или иной мере, менять окружающую нас среду, подчиняя её своим собственным потребностям. Индикатором того, насколько синхронно течению перемен действуют наши внутренние приспособительные механизмы (в первую очередь разум), являются эмоции. В тандеме разум-эмоции, управляющем нашим поведением, эмоции исполняют роль навигатора, который указывает разуму цели. Задачи разума – найти пути достижения этих целей.
Если двигаться в таком-то направлении, - говорят разуму эмоции, - то там мы будем ощущать себя радостными и даже счастливыми, а вот если в противоположном – то там нас ожидает разочарование и страдание. Ищи пути, преодолевай препятствия, строй дороги и мосты!
Но разум с задачами, поставленными эмоциями не всегда справляется. И «не всегда» - это еще мягко сказано. Статистика утверждает, что среднеарифметический человек, принимая решения, ошибается в восьмидесяти случаях из ста. То есть в восьмидесяти случаях из ста наш разум выбирает не ту дорогу, и вместо радости и счастья мы вновь получаем страдания. И вновь пытается вырулить на правильный путь, и вновь (в восьмидесяти случаях из ста) ошибается и так всю жизнь.
В результате жизнь среднеарифметического человека выглядит не как прямой путь к счастью, а как клубок зигзагообразных метаний вокруг какой-то одной точки. Этой точкой являются, как правило, психологические установки о том, как выглядит счастье, которые мы получаем в детстве от своих родителей, воспитателей и учителей. И эти установки, опять же, далеко не всегда (и «не всегда» слишком мягко сказано) совпадают с реальными обстоятельствами.
- Иди вперед, - говорят разуму эмоции, - там ждет тебя счастье!
- Но, то, что там находится, - отвечает эмоциям разум, - вовсе не похоже на то счастье, которое нам завещали предки. А то, что мне неизвестно, я на всякий случай, могу воспринимать только, как опасность.
Поэтому лучше страдать в хорошо известном мне месте, чем следовать туда, где ни я, ни кто-либо из известных мне людей не был. Нет, лучше уж обойдемся без счастья, лучше я займусь тем, чтобы уменьшить страдание до приемлемого уровня.
Топтание на месте продолжается. И только обострение боли заставляет разум предпринимать хоть какие-то меры и отодвигать нас от болевой точки в более безопасную зону.
Этот внутренний конфликт между желаемым и возможностью его достижения, мы и называем проблемой. Иными словами это конфликт между «хочу», то есть эмоциями и «могу», то есть разумом. И большинство людей постоянно пребывают в состоянии такого внутреннего противостояния. Образно можно сказать, что проблема – это препятствие, стена, вырастающая на пути нашего движения. За этой стеной находятся наши цели, создающие надежды на улучшение качества жизни. Перед стеной – страдания. И вопрос: что делать?
Сила воли слабых называется упрямством.
Мария фон Эбнер-Эшенбах
Ответ на этот вопрос может быть трояким. Первый вариант выбирает подавляющее большинство людей - ничего не делать. В лучшем случае делать что-то, чтобы уменьшить страдания. И объяснить себе, что так нужно, что ничего с этим не поделаешь, что все люди так живут, а за стеной может быть еще хуже. Второй вариант – пробиваться все-таки через стену. Любой ценой и любыми усилиями. Вот это как раз и есть то, что называем силой воли: достичь желаемого любой ценой.
Третий вариант – самый продуктивный. Но и самый сложный. Сила есть, ума не надо? А если есть ум, а нет силы? Тогда сила не очень-то и нужна. Давая свое определение разуму, выдающийся швейцарский психотерапевт Жан Пиаже сказал:
Разум – это то, что мы делаем, когда не знаем, что делать.
Когда не знаем, что делать, когда нет сил или существуют моральные ограничения ее применению, нужно думать головой и искать не прямые, а обходные пути к осуществлению своих желаний. Это высший пилотаж в достижении цели, но именно, применяя этот способ, мы становимся лучше и умнее. И это очень важно для всего человечества. Триумфов воли в нашей истории хватало, а вот триумфов разума…
Позволю себе привести одну, достаточно обширную цитату известного писателя и мыслителя Роберта Антона Уилсона на тему того, какой именно разум нам нужен:
Разум - это способность эффективно принимать, расшифровывать и создавать информацию. Глупость замедляет этот процесс на всех этапах. Фанатизм, идеологии и т.п. блокируют способность воспринимать информацию. Если бы разум каждого ученого, который работает над решением проблемы энергоресурсов, можно было усилить в два-три раза, работу, рассчитанную на двадцать лет, можно было бы завершить за шесть лет. Если бы общий размер человеческой глупости уменьшился, ослабло бы сопротивление оригинальному мышлению и новым подходам к старым проблемам, а также цензура и фанатизм. Если бы глупость уменьшилась, меньше средств направлялось бы на широкомасштабный идиотизм, такой, например, как гонка вооружений, и больше - на проекты продолжения жизни.
Нет ничего, что можно разумно представить, и чего невозможно было бы достичь, если интенсифицировать ум. Это, конечно, прозвучит тавтологией, но мы должны сделать следующий вывод: Работа по интенсификации разума - это работа по достижению всех других наших здоровых и достойных целей. Морис Нишоль, французский психолог, сказал, что единственное назначение работы над сознанием - это уменьшение количества насилия в мире.
Мы говорим не о простом линейном увеличении коэффициента умственного развития. Мы говорим об уме Бетховена, который так беспокоил Ленина, что тот не мог слушать «Аппассионату» (Сонату № 23), так как она вызвала в нем «желание плакать и гладить людей по голове, а мы должны не гладить их по голове, а бить их по голове, бить сильно, чтобы они слушались». Нам крайне нужен разум больший, чем разум Бетховена, чтобы создать сигнал, которые современные ленины не смогут игнорировать, который заставит их плакать, а не бить людей по головам.
Можно ли не согласиться с этими словами? Не стоит ли заменить вопрос «как развить силу воли» вопросом «как развить интеллект»? Но и сила воли нам тоже нужна. В первую очередь для того, чтобы выйти из круга «общепринятых» представлений и принять решение развивать собственный разум.
Воля, при надлежащем к ней отношении, служит ключом к личной силе и свободе человека. В самом деле, волю можно рассматривать как проявление того, что автор холистической теории личности американский ученый венгерского происхождения Андраш Ангъял назвал «автономностью» – способностью организма к свободному функционированию в соответствии со своей собственной внутренней природой, а не под давлением внешних сил.
Воля, рассматриваемая независимо от направления, есть не более как постоянство, твердость и настойчивость. Но очевидно, что при неправильном направлении крепкая воля может оказаться в сущности силой зловредною.
Сэмюэл Смайлс
Фактически всю эволюцию разума можно рассматривать как постепенное проявление этой свободы. Начнем с того, что переход от растительного к животному царству знаменуется обретением свободы передвижения. Однако свобода наименее развитых организмов едва ли не исчерпывается способностью к передвижению. Поведение насекомых, например, полностью обусловлено жесткими программами, и их зачаточная нервная система не допускает никакой возможности выбора.
По мере продвижения по эволюционной лестнице в мозгу у животных появляются ассоциативные клетки, позволяющие воспринимать окружающий мир через несколько органов чувств сразу. Но поведение их по-прежнему определяется заданными программами. Отдельные виды рыб, например, запрограммированы на существование в стае. И только на уровне птиц и млекопитающих поведение перестает быть полностью заданным. Мозг этих животных обладает избирательной способностью и может различать стимулы, значимые для выживания, и просто случайные раздражители. Для них становится возможным не только инстинктивное поведение, но и научение, выработка новых стратегий на основе проб и ошибок. Однако они все еще зависят от внешних стимулов: они прикованы к природной среде.
С появлением человека мы попадаем в совсем другое царство. Подобно тому, как животные свободнее растений, потому что могут передвигаться в физическом мире, люди свободнее животных, потому что могут двигаться в мире идей, планов и бесконечно разнообразных образов воображения, независимо от окружающей среды. Мы можем также принимать совершенно свободные решения, будучи при этом полностью ответственны за свое самоопределение.
Именно это эволюционное приобретение, в значительной степени еще не освоенное человеком, нужно назвать волей. Подлинное назначение воли состоит в том, чтобы направлять, а не в том, чтобы принуждать к чему-либо. И именно поэтому мы говорим о том, что воля к жизни – это далеко не одно и то же, что страх смерти.
Цель эволюции – полное освобождение, то есть автономность, независимость от каких-либо обстоятельств. В том числе и от страха смерти, порождаемого неведением. Но дальнейшее развитие требует воли. Потому что сейчас человечество находится на распутье. У нас два пути: или мы постепенно будем превращаться в некое подобие стаи рыб, запрограммированных на существование в стае. Или же путь эволюции, совпадающий с путем свободы будет продолжаться. Воля и разум на этом пути должны идти вместе. Я думаю, не стоит говорить о том, какой путь выбрали мы.