Джеймс Смит в 18 лет был взят в плен индейскими союзниками французов во время печально знаменитой экспедиции генерала Брэддока летом 1755 года. Его доставили в форт Дюкен, где он подвергся индейскому наказанию - прогону через строй туземцев, вооруженных палками.
Он был еще не в состоянии идти, когда его перевезли на каноэ вверх по реке Аллегейни в индейскую деревню, примерно в 40 милях выше форта Дюкен. Здесь он пробыл около 3-х недель, а потом доставлен в индейскую деревню Туллихас на западной ветке реки Маскингум. В деревне проживали индейцы из племен делаваров, могикан и кановага (французские могавки).
На следующий день после прибытия в вышеупомянутый поселок вокруг Смита собралось несколько индейцев, и один из них начал вырывать волосы из его головы. Индеец держал в руке кусок коры, наполненный пеплом, в которой он часто окунал свои пальцы, чтобы ловчее ухватиться за волосы колониста,
Действовал он так, как будто ощипывал индейку, пока не удалил все волосы с моей головы, за исключением небольшого участка на макушке 3 на 4 дюйма..Оставшиеся волосы подрезали ножницами, за исключением трех пучков(косиц), которые индейцы нарядили в собственном стиле.
Два пучка они обернули узкой повязкой, вышитой бисером, и сделанной специально для это цели. А третью косицу, они распрямили на полную длину и украсили ее серебряными брошками. После этого они прокололи уши и нос пленника, куда вставили кольца и серьги.
Потом они приказали мне снять с себя одежду и надеть набедренную повязку, что я и сделал. Затем они покрасили мою голову, лицо и тело в разные цвета. Они надели на мою шею большой пояс вампума, а на мои руки и правое запястье серебряные браслеты.
Когда Смит был наряжен подобным образом, старый вождь несколько раз издал призывный крик. На зов вождя сбежалось все население деревни. Вождь взял Смита за руку, а тот, зная из всех индейских обычаев только казни и пытки, которые видел в форте Дюкен, решил, что сейчас его будут убивать.
Старый вождь, держащий меня за руку, произнес очень громкую длинную речь, и когда он это сделал, то передал меня трем молодым скво, которые повели меня за руки вниз по берегу и завели вводу, примерно по пояс.
Девушки подали Смиту знак,что нужно окунуться вводу, но тот запаниковал,что его хотят утопить таким изысканным способом. Он вырывался из рук индианок, а индейцы на берегу смеялись над его потугами. Наконец, одна из скво, немного знавшая по-английски, сказала - Мы не обижай тебя.
На этом я сдался их светлостям, которые были так же хороши, как их слова. Хотя они окунули меня под воду, умыли и сильно терли, но я не могу сказать, что они причиняли мне боль. Эти молодые женщины привели меня в дом совета, где несколько индейцев уже ожидали меня с одеждой.
Смиту выдали:
- новую рубашку с рюшами;
- пару леггинсов на ноги, украшенные лентами и бисером;
- пару мокасин, украшенные иглами дикобраза и крашенной щетиной;
- пояс и подвязки на леггинсы, украшенные бисером;
- капот (верхняя теплая одежда с капюшоном, сшитая из одеяла), украшенный мишурой;
- сумку из шкуры хорька, которая индейцам заменяла карманы;
- сумку наполнили табачными листьями и листьями сумаха которые индейцы мешали с табаком для аромата ;
- томагавк, трубку, огниво, кремень и трут.
Смиту еще раз раскрасили лицо и голову, на одной из косиц закрепили пучек красных перьев и усадили на медвежью шкуру. Вокруг расселись индейцы, все закурили и настала торжественная тишина. Наконец, один из вождей нарушил молчание и произнес речь, которую ему перевел один из индейцев.
Сын мой, теперь ты плоть от нашей плоти и кость от нашей кости. Сегодня,каждая капля белой крови была вымыта из твоих вен, ты влился в народ коннаваго и посвящен в члены воинственного племени. Ты усыновлен в великую семью, и теперь с большой ответственностью и торжественностью, ты считаешься истинным членом их общества и большим человеком.
После событий этого дня, ты теперь один из нас по старому, строгому закону и обычаю. Сын мой, тебе теперь нечего бояться, теперь мы находимся в одинаковом положении и должны любить, поддерживать и защищать друг друга, поэтому ты должен считать себя одним из наших людей
Смит вспоминал:
В то время я не верил этой прекрасной речи, особенно тому, что белая кровь была вымыта из меня. Но с тех пор я обнаружил, что в этой речи было много искренности, ибо с того дня никто и никогда из индейцев не делал различия между собой и мной в любом отношении. Так продолжалось до тех пор, пока я не покинул их.
Бонусы и минусы
Очевидно, что самой неприятной процедурой усыновление в племя индейцев с востока Северной Америки было выщипывание всех волос на голове, чтобы оставить мужскую прическу - "скальповую прядь".
Смит не упоминает, но выщипывали даже брови, т.к. они мешали ровно ложиться краске на лицо и выглядели неопрятными , когда краска высыхала. Каждый, уважающий себя краснокожий джентльмен, имел щипцы для этой процедуры.
Бонусами принятия в племя было то, что ты попадал в дружную индейскую семью, где тебя всегда накормят, заступятся, а если тебя убили враги, то и отомстят. Плюсом является и то, что выживать в девственных лесах Америки, конечно же было лучше сообща. Единственными обязанностями мужчин в племени была охота, война и защита от врагов.
Белый пленник, принятый в племя, мог и не ходить на войну против своих соотечественников. Дело это было сугубо добровольное, но успешные боевые походы и подвиги, являлись непременным атрибутом для завоевания авторитета и уважения внутри племени
Что касается минусов. В первую очередь это голод в зимние месяцы. Лесные индейцы практически не делали запасов на зиму, предпочитая в буквальном смысле прожирать собранный урожай или дары охоты на пирах.
Кроме того, индеец был готов поделится последним куском мяса и горстью кукурузы с голодным путником. Однажды Смиту было строго выговорено за то ,что он дал проходящему мимо гурону только мясо, хотя в вигваме был и кленовый сироп и кукуруза.
Из других неудобств можно назвать бесконечные скитания по лесам в поисках дичи и пушнины. Опасность потерять скальп, т.к. рейдовые отряды враждебных индейцев порой нападали на одинокие охотничьи отряды и отдельные семьи.
Большую опасность представляла любая пьянка индейцев, т.к. под воздействием алкоголя они себя вообще никак не контролировали. Благо они случались редко, только при обмене шкур у торговцев.
Большинство белых пленников все же возвращались назад в цивилизацию, но хватало и тех, кто до конца своей жизни не согласился променять трудную, но привольную жизнь среди индейского племени на блага белого человека.