В 1180 году Бодуэн заключил мир с Саладином. Боевитый султан отдал должное достойному противнику и отправился воевать с единоверцами в Сирии. Король понадеялся, что успеет почить в мире, возможно даже уйдет перед смертью в монахи (если бы он успел, скорее всего сделался бы святым или хотя бы блаженным Бодуэном Иерусалимским). И вскоре передал регентство новому зятю, надеясь на его разум и твердость рук. Первая – и самая страшная ошибка Бодуэна. Вторая – брак сестры Изабеллы и Онфруа IV де Торона, робкого, скромного и застенчивого юноши, не созданного для власти.
Короткие годы мира ознаменовались празднествами и турнирами, молебнами и паломничествами. Ги с Сибиллой вели себя как король с королевой, требовали роскоши, дорогих яств и изысканных нарядов. Выросший в бедности Лузиньян украшал себя золотом и драгоценностями, пил как воду редкие вина, грубил почтенным придворным и нелестно высказывался о своем монархе. Король закрывал на это глаза – в прямом смысле слова. Болезнь усиливалась, Бодуэн терял зрение.
Он еще успел поддержать эскападу Рено де Шатильона – в 1181 году благородный сеньор совершил благородное безумство – собрал отряд смелых рыцарей и пошел брать штурмом Мекку. Что характерно, почти дошел – ни разу ни до ни после войска христиан не оказывались так близко от мусульманской святыни. Но благородных рыцарей отвлек богатый караван, следующий из Дамаска. Франкам досталось добычи на 200.000 золотых безантов. Плюс, если верить современникам, с караваном путешествовала сестра Саладина. Она напомнила рыцарям о перемирии и рыцарском кодексе и за это Рено де Шатильон обошелся с дамой совсем не по-рыцарски.
Гнев Саладина сложно было вообразить. Сперва султан потребовал у Бодуэна голову негодяя, но король не смог – или не захотел – выдать одного из ближайших сподвижников. Тогда сарацины вторглись в Трансиорданию – владения неистового Рено. Опустошили земли, увели в рабство крестьян и чудом не взяли штурмом родовой замок Шатильона, Керак, вместе с женой Рено, Стефанией де Мильи.
В конце года Шатильон решил повторить приключение. Тайно перевез к Красному морю пять галер и не нашел ничего лучше, чем отправиться осаждать Медину. И снова едва не достиг успеха – будь у неистового Рено чуть больше войска или чуть больше холодного разума, история снова могла бы совершить поворот, последний раз в нашем рассказе.
«Жителям не хватало средств для защиты города, и над городом Пророка нависла большая угроза» сообщил летописец.
На этот раз брат Саладина, Аль-Адиль, окружил войска франков, потопил галеры и уничтожил захватчиков. Шатильон уцелел чудом и сумел вернуться в Керак.
И снова Саладин оказался под стенами замка. Как назло именно тогда брак между юной принцессой Изабеллой и Онфруа стал законным. Когда Саладин узнал, что в день осады игралась свадьба, он отправил принцессе богатое угощение и запретил своим лучникам стрелять в башню, где уединились молодожены. Ослепший к тому моменту Бодуэн собрал войско, лично возглавил его, отбил Керак и освободил сестру – короля несли на носилках, но приказы он отдавал все еще сам. Молодой Онфруа даже не обнажил меча в сражении.
Отряды Ги де Лузиньяна были отправлены преследовать Саладина. Но в рядах франков возник разброд, рыцари стали спорить, стоит ли им защищать Наблус или лучше воздержаться от битвы. Нерешительный Ги упустил подходящий момент для атаки, а потом лишь стоял и смотрел, как отряды Саладина уходят в Иорданию. Этого Бодуэн уже не стерпел.
Зима близко
В 1183 году король сместил Лузиньяна с поста регента, назначил своим наследником юного Бодуэна V Монферратского, сына Сибиллы и торжественно короновал мальчика соправителем. Нормальная практика тех лет – короновать преемника при жизни. Но Сибилла отнюдь не была счастлива – король, словно предчувствуя будущие бедствия, изо всех сил пытался расторгнуть ее брак с Лузиньяном. Будь у принцессы хоть толика ума Мелисенды, мудрости Йоветы или гордости Агнес, она бы оставила никчемного мужа. Увы, любовь затмила ей разум, а затем привела к гибели.
В 1184 году король в последний раз отправился на битву и снова отбросил Саладина от замка Керак, спасая присмиревшего Шатильона. Нам с вами сложно представить мучения, которые он испытывал, путешествуя в конных носилках по скверным дорогам. Однако железная воля вела короля в бой. В том же году его ждала тяжелейшая из потерь – умерла мать, Агнес де Куртене. Исчезло плечо, на которое Бодуэн опирался последние 10 лет. И эта рана добила короля вернее, чем сто сарацинских стрел.
Под Рождество состояние короля ухудшилось. Придворные предлагали ему исповедаться, но Бодуэн гнал священников от смертного ложа, считая, что настрадался достаточно, чтобы искупить все грехи. 16 марта 1185 года король скончался в полном одиночестве.
Королем стал Бодуэн V, но болезненный мальчик прожил лишь год. После долгих дебатов Высший совет вручил корону Сибилле, при условии, что она разведется с Ги де Лузиньяном. Принцесса дала согласие – и, взойдя на престол, тотчас надела корону на мужа. Король Иерусалимский Лузиньян повел войска навстречу Саладину и потерпел при Хоттине одно из самых сокрушительных поражений за всю историю Святой земли. Почуяв, что дело плохо, Ги сдался в плен – и лишь так сумел выжить.
Сибилла как умела пыталась организовать оборону Иерусалима. Население города спас Балиан Ибелин, он держал Саладина больше месяца и сумел сдать город на своих условиях. Сибилла с двумя маленькими дочками бежала в Тир. Оттуда она выкупила Лузиньяна в обмен на город Ашкелон, одну из последних твердынь крестоносцев. Никчемный Ги по возвращении попытался организовать осаду захваченной сарацинами Сен-Жан-де-Акр и два года держал войска в болотистых пустошах вокруг города. В лагере вспыхнула эпидемия, от которой сперва умерли две дочки Сибиллы, а затем и она сама. Шептались, будто Ги сам отравил жену ради нового брака.
Иерусалим был потерян. Керак пал в 1188 году, Рено де Шатильона Саладин казнил самолично, мстя за сестру.
Неистовый рыцарь до конца остался верен себе.
Когда султан спросил его: «А что, господин Рено, если бы я был сейчас вашим пленником, а не вы моим, как бы вы тогда поступили со мной». Рено спокойно ответил: «Если бы вы были моим пленником, я бы отрубил вам голову»
Все, ради чего почти сто лет сражались крестоносцы, было утрачено. Хитроумный Амори де Лузиньян женился на овдовевшей Изабелле, сестре Бодуэна IV и в 1197 году все-таки стал королем, пусть и без Иерусалима. Королевство франков продержалось еще без малого сто лет.
История не имеет сослагательного наклонения… И все-таки я по сей день гадаю, как изменилась бы карта мира, если б юный принц Бодуэн остался здоров и избавился от мучений. Иерусалим бы устоял, латиняне не стали бы захватывать Византию, ей хватило бы сил отбиться от турок, не случилось бы Реноссанса, зато новая нация процветала бы в счастливом Заморье. Попробуйте это вообразить :)
Продолжение