Начало.
Всё случилось как-то сразу. Одно за другим, и посыпались на Нику неприятности. Андрей всё чаще настаивал, чтобы Ника уволилась с работы, мотивируя это тем, что она устаёт и сил на домашний уют у неё не остается, а он привык к горячему ужину и уюту в доме. Когда Ника предложила нанять помощницу по хозяйству, благо зарплата у неё самой это позволяла, Андрей раскричался, что не потерпит в доме чужого человека.
Увольняться Ника не стала, ей удалось договориться с руководством о длительном отпуске до самого своего декрета. Помня её заслуги, и стремясь не потерять ценного сотрудника, руководство согласилось на просьбу Ники.
Однако, спокойствию в доме это не поспособствовало. Ежедневные визиты Натальи Федоровны, жившей неподалёку, доводили Нику до исступления. Ей хотелось поспать днем, но свекровь считала, что сидящей дома невестке это ни к чему.
Нике пришлось отложить покупку детских вещей, потому что каждый раз Наталья Федоровна увязывалась за ней, и поход в магазины становился пыткой. Ника терпела и старалась не расстраиваться по таким мелочам. Андрей был очень загружен на работе и стал приходить домой совсем поздно, иногда Ника уже спала во время его прихода, что так же вызывало бурное недовольство его мамы, которой он об этом рассказывал.
Их квартира была очень большой. Нике стало трудновато убираться в пяти комнатах, кабинете Андрея и в кухне, и она снова заговорила о найме помощницы. На этот раз, видя, что жена на грани срыва, Андрей обещал обратиться к знакомому, у которого было своё агентство по найму сотрудников. Но этот вопрос был им отложен в долгий ящик.
А однажды утром Нику разбудил раздавшийся ранним утром звонок в дверь. Накинув халат, Ника открыла дверь – Наталья Федоровна по-хозяйски вплыла в квартиру, и за ней Ника увидела Светлану.
Светка была её лучшей подругой, они дружили с детства и росли в одном дворе. А еще Светка была двоюродной сестрой Андрея, это она познакомила его с Никой когда-то. Потом, после института, их дорожки как-то разошлись, и Ника долго не слышала ничего о своей подруге. Она спрашивала и Андрея, и его мать, но и те тоже не знали, где живет теперь Светлана. Светина мать, родная сестра Натальи Федоровны, растила дочь одна, и умерла рано, когда Светка была еще студенткой.
А сейчас, Светка стояла на пороге с большой сумкой и маленьким свертком в руках, грустно улыбаясь, смотрела на Нику.
- Светка, ты! – Ника от радости позабыла даже про пришедшую в дом тучу в виде свекрови, - Как ты тут оказалась! Как же я тебе рада! Проходи скорее.
Светка вошла, и устало опустилась на стоявший в прихожей пуф. Сверток в её руках оказался маленьким ребенком, мирно спящим в одеялке.
Устроив спящего малыша на большой кровати в гостевой спальне, женщины расположились в гостиной.
- Муж Светочки погиб недавно при исполнении служебного долга, и она осталась одна, - театрально - трагическим тоном сказала Наталья Федоровна.
- Я поговорила с Андреем, и он разрешил ей пожить некоторое время в его квартире. Надеюсь, ты не будешь против?
Наталья Федоровна никогда не уставала подчеркивать, что квартира эта принадлежит только её сыну – она досталась ему в наследство от бабушки – матери мужа Натальи Федоровны.
- Нет, конечно, - растерянно ответила Ника и отметила, что Светлана за это время не проронила ни слова.
Пощебетав еще что-то о родственных отношениях, Наталья Федоровна, наконец, ушла по своим делам, оставив подруг одних.
Ника не лезла к подруге с расспросами, а та, разобрав вещи из сумки, вдруг подошла к Нике и обняла подругу:
- Ника! Как же я рада тебя видеть! Эта Дракула в юбке наконец-то ушла, и мы сможем поговорить, но только чуть позже. Хорошо?
Ника согласно кивнула, а Светка, попросив у Ники присмотреть за спящим малышом, взяла полотенце и отправилась в ванную.
Позже они уселись в кухне, Ника накормила подругу обедом и сварила им кофе, а Света начала свой рассказ.
Её муж был кадровым военным, они жили в служебной квартире, поэтому, когда он погиб, Свете пришлось освободить жилплощадь. Собрав ребенка, она приехала в родной город и остановилась в гостинице. Идти ей было некуда. Её мама не успела приватизировать квартиру, поэтому после её смерти квартира отошла государству. А родители мужа жили далеко, в деревне, их семья была многодетной и в сельском доме проживали, кроме родителей, еще и две дочери с семьями. Места для Светы и её сына там не было. О чем свекровь ей прямо и сказала после похорон Светиного мужа.
Никин адрес или телефон Света не знала, поэтому пошла к своей тётке Наталье Федоровне, в надежде, что та разрешит им с малышом пожить некоторое время у них. Но тетка Наталья рассудила по другому, и, позвонив Андрею, выпросила у сына разрешение поселить Свету у них:
- Они же с Никой подруги, вот и будет Нике помощница по дому! Она же постоянно жалуется, что ей тяжело, вот и помощь будет!
Андрей, сам этого конечно не желавший, под напором мамы все же сдался и дал своё согласие.
- Ника, прости, но мне правда некуда пойти, - виновато сказала Света подруге, - Я найду няню, у меня есть немного денег на это, устроюсь на работу и сниму жилье!
- Ты что такое говоришь, конечно, живи с нами, сколько тебе нужно. А на Наталью Федоровну внимания не обращай. Ей просто скучно, Семён Петрович, муж её, постоянно на работе, такой живчик, вот она и развлекается. Я сначала расстраивалась, а потом поняла, она не злая, в общем-то, просто такой характер.
- Характер? – Света горько усмехнулась, - Ты святая доброта, Ника, и всегда такой была. Ну, да ладно, в конце концов, она меня хотя бы на улицу не выставила, и на том спасибо.
Малыш проснулся и заагукал, стал звать маму. День пролетел в хлопотах о гостях, девушки разговаривали, наверстывая упущенное в разлуке время.
Ника рассказала о своей долгожданной беременности, и подруга искренне порадовалась за неё:
- А у тебя и животика еще даже не видно! – удивлялась Света.
- Это я просто в футболке Андрея хожу, - рассмеялась в ответ Ника.
Вечером с работы домой вернулся Андрей, и разговоры плавно перетекли в другое русло – о работе Светланы, о поисках няни для малыша. Андрей, имея знакомства во многих сферах, пообещал сестре свою помощь.
Теплый семейный вечер закончился их общими воспоминаниями о детстве.