Описание этой бытовой сценки взято из воспоминаний капитана Армии США Джона Грегори Брука (1840-1896) во время кампании 1883 года против враждебных апачей в горах Сьерра-Мадре. Его глазами мы увидим, как апачи-скауты на службе США подготавливали и организовывали свои дневные и вечерние привалы.
Далее перевод воспоминаний Брука, с моими вставками выделенными курсивом.
Скорость, с которой апачи передвигаются в походе, составляет около 6 миль в час пешком (9,95 км/час) или чуть медленнее, вполне достаточно,чтобы поспеть за ними рысью верхом на лошади. Такой тэмп они держат около 15 миль (24 км).
После чего, если встретится вода и рядом не будет видно врага, они собираются группами по 10-15 человек в каком нибудь удобном ущелье. Сидят. курят сигареты, общаются и шутят, растянувшись на солнце, купаясь в его лучах, как наши негры на Юге.
Если они хотят разжечь огонь, то расжигают его спичками, если такие вдруг у них появятся. Если нет, то добывают огонь вращая между ладонями круглую палочку, которая вставлена в другую деревяшку из более мягкой древесины. Огонь появляется через 8-45 секунд.
Далее Крук описывает один из вечерних привалов, и какие приготовления были заранее предприняты.
Первый утренний перерыв апачей на отдых (после первых 15 миль) был прерван пронзительным криком Чходди! Choddi ! (Антилопа! Антилопа!). Далеко на левом фланге глухо прозвучало - Бум!Бам! - из винтовок, которые поведали нам, что апачи раздобыли свежее мясо на ужин. Двадцать тушек антилоп продемонстрировали, что апачи не самые плохие в мире стрелки, да и повара из них неплохие.
Когда вся команда достигла места лагеря, и не успела еще передохнуть, эти неутомимые кочевники (апачи) в мгновение ока построили всевозможные грубые укрытия. Счастливые обладатели армейских "собачьих палаток" ставили на каркас из ивовых или тополиных шестов. Менее удачливые устраивали свое временное жилище из веток, покрытых травой или камней и досок, покрытых мешковиной.
До того, как обустройство стоянки было закончено, к небу от потрескивающих углей уже изящно поднимались струйки дыма. Над углями на деревянных вертелах жарились головы, сердца и печень нескольких антилоп из утренней добычи.
Еще одним spolia opima (лат. богатые доспехи - особо почетный трофей) в дополнение к ужину был кролик, которого эти быстроногие бедуины юго-запада догнали и сбили с ног. Индюков и перепелов они ловят точно таким же способом.
Тем временем пара скаутов-апачей пекла хлеб - легкие, тонкие мексиканские «тортильи». Они быстро готовятся на сковородке и недурны на вкус. Еще двое апачей, словно родные братья, были заняты приготовлением совместного ночлега. Они нарвали пучки травы, уложили ее на землю и покрыли одним одеялом, второе одеяло служило укрытием.
Эти индейцы, за редким исключением, устраиваясь на ночлег, разжигают у ног маленький костерок, который, по их словам, дает достаточно тепла. Они не одобряют большие костры, устраиваемые американскими солдатами, потому что те настолько жаркие, что отталкивают людей, и , кроме того, привлекают внимание скрытого врага.
Один из апачей, присев на свою постель, играл на самодельной скрипке, сделанной из стебля "мескаля", т. е. американской агавы. Эта скрипка имеет четыре струны и издает звук, похожий на вопль кошки, хвост которой застрял в заборе. Но благородному краснокожему нравится эта музыка, которая, возможно, в конце концов, не намного уступает музыке Вагнера.
Зачарованная и вдохновленная сладкими звуками скрипки, группа из шести апачей яростно играла в мексиканскую, карточную игру "монте", в которой использовались самодельные карты, выкроенные из лошадиной шкуры и разрисованные варварскими знаками. Эти карты вполне были достойны места в экспозиции любого музея.
К этому времени ужин уже были готов, и дикари с самым искренним гостеприимством пригласили ближайших американцев присоединиться к пиршеству. Аппетиту совсем не способствовало зрелище того, как грязные лапы апачей разрывают хлеб и мясо на куски
Однако, приготовленное индейским способом мясо было нежным и сочным, хлеб недурным, а кофе крепким и довольно хорошо приготовленным. Апачи сидели на корточках рядом с американскими гостями. Хозяева чувствовали, что они обязаны объяснить все по ходу трапезы. Они сказали, что это (указывает на кофе) ту-дишишин (черная вода), а это зигости (хлеб).
На время стоянки апачи-скауты выставляют сторожевых на всех направлениях, откуда можно было ждать нападения. Апач боится внезапного нападения, поскольку это его любимый способ уничтожения врага.
Зная, на что он сам способен, апач приписывает врагу - каким бы незначительным не было его число - такую же дерзость, бесшабашность, проворство и хитрость, которыми обладает сам.
В присутствии незнакомцев, солдат-апач спокоен и молчалив. Сидя у лагерного костра в окружении своих собратьев, он становится оживленным и разговорчивым.
Он подчиняется авторитету, но не потерпит ограничений, которые соответствуют нашим представлениям о дисциплине и превращают людей в автоматы. Из апача выходит отличный сторожевой. ни один пример не может быть приведен в отношении имущества. которое было украдено у самого апача или когда он находился на страже.
Источник - An Apache campaign in the Sierra Madre : An account of the expedition in pursuit of the hostile Chiricahua Apaches in the spring of 1883 / By John G. Bourke.