Меня назначили военным комиссаром и отправили контролировать строительство дороги на Ладоге. С обстановкой начали знакомиться уже в пути. Она была действительно сложной и трудной. На озере свирепствовала пурга, температура воздуха была ниже 30 градусов. Трасса во многих местах представляла собой бесформенное нагромождение сугробов и ледяных глыб. В кромешной мгле водители теряли ориентировку, так как движение ночью с включенными фарами была запрещено. Множество машин застряло в сугробах. Другие машины, натужно ревя моторами, медленно преодолевали плохо расчищенные сухопутные и ледовые дороги. Всю магистраль и базы снабжения враг с тупой педантичностью обстреливал артиллерией и бомбил с воздуха.
В первый же день, едва прибыв в Кобону, мы познакомились с начальником дороги А.М. Шиловым. Встретил он нас тепло, радужно, подробно ознакомил с положением дел на дороге, автомобильных и дорожно-эксплуатационных частей. Генерал Шилов рассказал о трудностях, об имеющихся недостатках в работе дороги.
С первого же дня наша совместная работа пошла дружно, при полном взаимопонимании и взаимной поддержке. Будучи беспартийным, Афанасий Митрофанович внимательно прислушивался к голосу партийных организаций, незамедлительно реагировал на замечания и предложения, вносимые ими и политотделом дороги. Генерал Шилов за время работы на дороге зарекомендовал себя толковым военачальником, с твердым характером. Был он несколько грубоват, порой слишком суров, не всегда проявлял необходимый такт по отношению к подчиненным. Но этот пожилой человек, не обладавший крепким здоровьем, отдавал все силы и энергию порученному делу и не жалел себя. Его вклад в организацию работы трассы достоит высокой оценки.