Некоторые путешествия находят нас сами. Мы их не выбираем, не планируем, не загадываем. Просто они случаются, и мы едем. У вас никогда такого не было? Чаще всего, такие путешествия оказываются одними из лучших. И всегда оказываются очень значимыми, какими-то пограничными в жизни.
Ещё пару месяцев назад я не планировала ехать в Адыгею. Маленькая горная республика, о существовании которой не каждый-то знает, была частью моего детства. Очень дорогой для меня частью. Как "секретики" из конфетных фантиков и стекла, которые закапываешь по всему двору, а потом с восторгом открываешь только самым близким или с любовью и нежностью подолгу разглядываешь сам. Или как новогодние подарки, которые сам же загадываешь и выбираешь, а потом мучительно ждёшь праздничной ночи, чтобы развернуть долгожданные коробки и свёртки.
Нет, я никогда в Адыгее не была. Но всё детство и юность я получала оттуда письма. Мне было лет десять или одиннадцать, когда на обложке какого-то развлекательного журнала для подростков я увидела адрес мальчика, который как и я любил песни Nautilus Pompilius, Чижа и Алисы. А ещё как и я - искал друзей по переписке.
Какими невероятными были его письма! Он рисовал на конвертах (сейчас он известный художник и создатель песочного шоу). Он писал стихи. Он присылал письма на десяти листах и больше. Даже сегодня я бы узнала этот размашистый мальчишеский почерк из сотни тысяч. Мы делились друг с другом самыми важными тайнами, открытиями, чувствами, событиями из жизни. Всем тем, чем никогда не осмелились бы поделиться с родителями или дворовыми друзьями. Мы были друг другу и стеной, и жилеткой, и опорой. В каждом письме мы цитировали друг другу строчки из любимых песен, которые наизусть знали оба, и получалось, как будто бы мы пели их вместе. Именно благодаря ему я узнала о его народе, его культуре, его родине. Его любовью я полюбила его Майкоп и его Адыгею.
Потом он уехал в Москву. Потом мы оба выросли. Потом появились социальные сети. И в социальных сетях мы как будто бы ближе, мы даже можем быть одновременно онлайн. И эта иллюзия постоянного присутствия рядом уже не требует писать длинных писем или месяц с нетерпением ждать ответа. Это не хорошо и не плохо. Это жизнь. А эта история просто о том, откуда в моём сердце уже жила любовь к далёкой Адыгее.
В начале июня мы должны были идти на Казбек. Под это путешествие были запланирован отпуск, билеты, хостелы, инструкторы. Но уже с мая всё стало разваливаться, и в итоге три инструктора ответили мне: слишком много снега в этом году, раньше июля подниматься не будем.
Я помню, как спросила себя: "Что делать с образовавшимися днями?" И помню, как ответила: "Я хочу в горы. Хочу трогать руками туман, хочу лицом уткнуться в цветущие рододендроны. Хочу надышаться горным воздухом до головокружения, напиться ледяной воды до боли в горле. Хочу чтобы горы сделали то, что делают всегда: показали мир сверху, жизнь сверху. Хочу откровений и осознаний".
И пока я себе всё это говорила, я бродила по страничкам знакомых и незнакомых туристов: в фейсбуке, вконтакте, в инстаграме. И вдруг я открыла Лигу путешественников и маршрут Адыгея – Большой Тхач. Большой Тхач - это горный массив на водоразделе рек Малая Лаба и Белая. И гора высотой 2368 м. И рядом ещё горы - Малый Тхач, Асбестная, Ачешбок. И вид на самое начало Кавказского хребта. И ещё это Адыгея, Адыгея, как будто возможность ещё раз найти "секретик" в моём старом дворе, развернуть новогодний подарок, прикоснуться к моему детству...
Уже на следующий день я выбирала билеты.
