В 93-м моя Маманя продала какую-то линию Пермского телефонного завода шведам в качестве посредника, и получила от шведов деньги, а от Пермского телефонного завода где-то три-четыре автозака кнопочных телефонов. Просто в наших местах не было грузотакси, но был автозак.
Тогда я впервые проехался на автозаке.
Последующие разы мне понравились меньше. Первый раз - восторг.
В марте 94-го я иду такой из школы и вижу, как моего батю грузят в багажник синей легковухи двое сильно нерусских. Маманя палит меня издалека и показывает съебаться.
Теперь я знаю, что это аргумент ингушей к предложению Мамане отдавать им 50% от любого её замута.
Особо удивляет, что обоим моим родителям на тот момент было сильно меньше лет, чем мне сейчас.
Когда ингуши вернули батю, мы всем семейством поехали лечить нервы в Крым. И случайно решили остаться там жить. Мы с братом пошли учиться в местную школу, и я начал учить украинский. Но через восемь месяцев скоропостижно съебнули в Богорусь к Батиным родителям.
В Костромской губернии оставалась по своим подростковым делам только моя сестра Таня, которая потом везла оттудава в Крым на двух поездах и одном такси всю нашу живность: 1(одна собака), 2(два кота), морская свинка(одна), попугай(один). Ноевы купе.
Из Крыма вернулись не все
Все мы остальные привезли в Крым только одного питомца - хомяка по фамилии Макаревич-Подгородецкий
Мои упоротые родители были на концерте Машины Времени в Москве и решили подарить Макаревичу хомяка, погоняло моей Мамани в узких кругах - Хома, но это ничего не объясняет. Макаревич хомяка не взял и отправил Маманю к Подгородецкому, тот тоже не взял. Хомяк остался с нами.
Хомяк остался с нами, получил боевое имя и поехал в Крым. И там был сожран местными котами, срать хотевшими на авторитетные фамилии с материка.
Вообще Маманя и Батя работники культуры. Постоянно работали в паре в поселковых клубах. Типа директор/худрук. Пилили дискотеки. И в Литве у Бати даже была своя группа.
Свой бизнес-путь они начали с продажи кассет с Батиным компиляциями и понеслось.
В 92-94 Маманя мутила что-то постоянно. Мы купили огромный дом, но сидели там преимущественно без родителей, потому что они всегда были где-то.
Поначалу нас оставляли с Батей. Но он без Мамани грустил, соответственно бухал и жрал реланиум. Нас стали оставлять с сестрой.
Однажды под новый год, когда нас ещё оставляли с Батей, Маманя не приехала на всех вообще поездах, а должна была. Ей не досталось билетов. И она уговорила машиниста неостанавливающегося у нас поезда притормозить, чтоб выпрыгнуть из поезда.
Выпрыгнула, всё норм. Но мы потом с братом, сестрой и Батей ходили полночи вдоль путей и собирали сумки и пакеты, которые маманя начала выкидывать из поезда перед прыжком. Дошли аж до переезда. Очень помню как собирал в снегу высыпавшиеся мандарины.
Дом был очень большой. Много сараев огромных. Иногда всё было завалено всяким товаром, который Маманя куда-то впуливала. Стояли коробки с чаем и упаковки лимонадов. Один раз в сарай выгрузили фуру окорочков. Нас пару раз грабили.
Однажды родители уехали и очень долго не возвращались. У нас закончились деньги, но в сарае лежало много-много коробок салями. Мы по соседям меняли колбасу на хлеб и картошку. Есть её мы уже не могли.
Родители вернулись пьяненькие, весёленький и с деньгами, привезли много вкусного, из одного пакета торчала копчёная колбаса...
Это первая часть большого текста.
Ссылка на продолжение будет здесь:
https://zen.yandex.ru/media/id/5ec377217401d07f3dee17f3/nekotorye-istorii-iz-jizni-prostoi-russkobelorusskolitovskoi-semi-v-devianostye-chast-2-5f16b51db61fdd7d26187bf1