И почему оно так запомнилось, это лето в Карабинце? Почему так хочется говорить и говорить о нем?
На лекции, на семинаре, в электричке, дома над книгой вдруг полыхнет — и нет тебя! Носишься по деревне с мальчишками, лазишь по деревьям, ешь мед, купаешься в речке! И знаешь... Никак не вспомнить, что?.. Знаешь, как ты молод? Как прекрасно жить?.. Да, разумеется, но что-то еще... Вот оно, главное: в последний раз!.. Все в последний раз: и ребята тебе — ровесники, и ты для них — свой, и вольность птичья, и щенячье бессмертие, и песня каждой кровинки!.. Потому что это — последнее лето детства!.. Догадался, когда уезжал, и что-то внутри подтвердило: «Правильно! Так и есть!..» И теперь, в институте, оно стоит надо мной незакатным и неостуженным... И я в него смотрюсь... И на душе хорошо и печально...
Мы выскочили на сцену Дома культуры в рубашках, взятых из родильного отделения. Десять парней с голыми волосатыми ногами. А из динамика лился крик новорожденного младенца.
Я стоял рядом с Вадимом. Краешком глаза отметил, что он побледнел. Значит, волнуется. Перед нами огромный зрительный зал. Ощущение такое, что в нем тысячи глаз и ни одного лица.
Руки трясутся. Ноги, как протезы. В груди холод, на лице пот. Но рядом товарищи, они тоже не камни. И от этого легче. Поем свою «выходную» песню. Получается дружно и душевно. Могем, значит!
Все убегают. Я остаюсь один в перекрестье прожекторов и читаю приветствие-паузу противнику.
...Очков желанных похититель,
Стоит он на брегах Невы,
Где, может быть, родились вы
Или гуляли, о мой зритель!..
Так началась незабвенная кавээновская встреча: «Педиатрический-Санитарно-гигиенический!» Я участвовал в ней на «должности» поэта-декламатора. Вадим Гурьев был капитаном нашей институтской команды.
Он среднего роста. Волосы слегка вьются. (Прическа «Ветер по морю гуляет».) Глаза большие, ласковые. В лице что-то вольное, птичье. Брови — два расправленных крыла. Стремительный силуэт носа, как соколиное тело.
В жестах и словах нетороплив. Умеет красиво двигаться и красиво сидеть. Всегда естественный, ни в чем никакой натянутости. Крепкая сбалансированность, природная гармоничность характера.
Но вдруг эмоциональная вспышка. Такие присущи хорошим ораторам. Загорается сам и зажигает собеседника. И все по-доброму, без упрямого напора. Наверно, есть у него некая железа юмора, обильно снабжающая своим продуктом каждую клетку. В КВН мы играли долго и упорно. Сперва встретились команды двух потоков нашего курса. Потом «храбрый четвертый» (это мы) нападал на команды старших и младших курсов. И как венец — поединок с санитарно-гигиеническим.
Кавээнщикам немудрено было подружиться. Все мы очень любили бесконечные сборы перед очередным турниром. То собирались в общежитии, то в комитете комсомола, то у кого-нибудь дома. Спорили по любому вопросу, на ходу импровизировали сценки, пели, сочиняли стихи.
Вадим внешне был самым спокойным. Но когда мы выдыхались, его реплики не раз подталкивали наши «творческие поиски». Вот эта его несуетливость, его приветливое достоинство поражали меня, заставляли к нему тянуться.
Продолжение в выпуске 11.
Если Вам понравилась статья, ставьте лайки и подписывайтесь на канал.