Качественная короткая проза одного из лучших современных русских писателей, написанная без пафоса.
Михаил Шишкин. «Пальто с хлястиком». Короткая проза, эссе. Издательство АСТ, 2016
«Пальто с хлястиком» – художественная автобиография. Или полухудожественная. Художественная не в смысле выдумки и ретуширования каких-то фактов из жизни автора – просто Шишкин смотрит на жизнь сквозь стеклышко языка и художественного текста, как ребенок смотрит на солнце. И радуется очень искренней и светлой радостью. В этой книге это наиболее ценный момент. Бесценное чтение для начинающих авторов, пытающихся понять, что такое текст и что они сами суть в этом тексте.
На первый взгляд разношерстная подборка – рассказы, воспоминания, эссе, близкие к литературоведческим, – после прочтения книги складываются в правильный пазл, и Роберт Вальзер предстает таким же «реальным» персонажем, как члены семьи Шишкина или его знакомые. Даже в какой-то степени более реальным, чем Ковалев из рассказа (хотя рассказ ли это) «Клякса Набокова». Текст о Вальзере «Вальзер и Томцак» не зря помещен в центр книги: рассказ Вальзера «Прогулка» – основополагающий для Шишкина текст, «Пальто с хлястиком» тоже своего рода прогулка, по разным весям и временам, от Вильгельма Телля до Лидии Кочетковой, от Набокова и Вальзера до современных России и Швейцарии. Именно: от человека до географической точки. В реальности языка они равны. Литературный язык – это «форма существования и тело человеческого достоинства», в случае с Шишкиным нужно понимать это буквально.
Книга заканчивается историей о приезде сына, который задает загадку: «Представь себе такую кастрюлю, в которую может поместиться все, что угодно, – и курица, и целый бык, и дом, и весь земной шар, и вся вселенная». Вопрос в загадке сводится к тому, что не может поместиться в такую кастрюлю. Крышка. Этим книга Шишкина заканчивается, оставив без ответа вопрос: а что за кастрюля-то? Прочитавший «Пальто с хлястиком» более-менее внимательно, ответит на него сам. Это художественный текст.
«Русская литература – способ существования в России нетоталитарного сознания. Тоталитарное сознание с лихвой обслуживалось приказами и молитвами. Сверху – приказы, снизу – молитвы. Вторые, как правило, оригинальнее первых. Мат – живая молитва тюремной страны.
Указ и матерщина – это отечественные инь и ян, дождь и поле, детородный орган и влагалище. Вербальное зачатие русской цивилизации.
На протяжении жизни поколений тюремная действительность вырабатывала тюремное сознание. Его главный принцип: «сильнейший занимает лучшие нары». Это сознание выражалось в языке, который призван был обслуживать русскую жизнь, поддерживая ее в состоянии постоянной, бесконечной гражданской войны. Когда все живут по законам лагеря, то задача языка – холодная война каждого с каждым. Если сильный обязательно должен побить слабого, задача языка – сделать это словесно. Унизить, оскорбить, отнять пайку. Язык как форма неуважения к личности.
Егор Фетисов
Читайте также рецензию на роман, который создал художник
А тем, кто родился и вырос в СССР, будет интересна эта книга