Или, иначе - Губа: так её название произносится на азербайджанский манер. На самом подъезде к Губе, в двух сотнях километров на север, от Баку встречает что-то похожее на казачью крепость - добро пожаловать в Дагестан!
Из дагестанских распрей и родилось некогда метившее в кавказские гегемоны Кубинское ханство. Родоначальник его династии Гусейн-хан был из кайтагцев, старшей ветви их уцмиев (князей), которую в середине 17 века почти полностью вырезала в одной из междоусобиц младшая ветвь. Малолетнего Гусейна спрятал один из приближённых да отвёз к кумыкскому шамхалу - верховному правителю дагестанских племён.
При шамхальском дворе в Тарках (близ нынешней Махачкалы) мальчик вырос и по достижении совершеннолетия отправился на службу персидскому шаху в Сальян (к югу от Баку). Там он перешёл в шиизм да женился на дочери знатного вельможи из стольного Исфахана, а его наследнику Султан-Ахмеду шах даровал титул хана Сальян и Худата.
Последний - небольшой городок по соседству с Хачмазом, был в те годы центром Гусарской равнины, и с возвращением туда Султан-Ахмеда превратился в шиитский оплот на краю суннитского Дагестана. Который и взбунтовался в 1711 году под руководством Хаджи-Давуда - того же по сути имама Шамиля, только не с христианской Россией сражавшегося, а с шиитской Персией, да ещё и при поддержке турок. Лезгины взяли Худат и вырезали ненавистных шиитских ханов, но история повторилась - придворные успели спасти малолетнего Гусейн-Али-хана и тайно вывезти его в селение Таирджар в верховьях Самура.
Где и затаился шиитский хан до поры до времени, зная своё происхождение и получив соответствующее образование, а предателей в его кругу каким-то чудом не нашлось. Его время пришло в 1735 году, когда в Дагестан вторгся Надир-шах, "иранский Пётр I", занимавшийся "собиранием земель", утраченных Ираном после падения Сефевидов. В родной Худат под властью Персии Гусейн-Али уже не вернулся, обосновавшись в том же 1735 году в селении Губа на Гудиалчае, на месте ещё античного полумифического города Хобота. Ну а в 1747, когда Надир-шах был убит заговорщиками и по всему Азербайджану местные царьки один за другим провозглашали ханства, Гусейну-Али ничего не осталось, кроме как последовать их примеру.
Расположенное в Великом шлюзе Кавказа, меж Ираном и Тураном, по другую сторону гор, Кубинское ханство было самым непохожим на другие. Шиитская тюркоязычная знать тут правила суннитами-лезгинами, но удивительным образом ханы смогли обратить это себе на пользу. Суннитское духовенство в Губе преобладало над шиитским, но хан-шиит мог с ним не считаться и потому его светская власть простиралась даже в те сферы, которые традиционно в мусульманском мире держали имамы да казии.
Вдобавок, губинские ханы вновь породнились с кайтагскими уцмиями, тем самым утвердив свой авторитет перед горцами. Впрочем, лезгинам хан всё равно не очень-то не доверял, а потому активно приглашал в свои пределы тех, кто был гоним на остальном Кавказе - армян (Хачмаз), тюркоязычных цыган-шиитов гара (Гарачи), но в первую очередь - горских евреев, "столицей" которых так и осталась Губа.
На Гусарской равнине и в горных садах выращивались фрукты и шафран, в аулах ткались лучшие ковры на Северном Кавказе, но самое главное - Кубинское ханство, как и весь Дагестан, обладало собственным производством оружия. Торговые богатства, оснащённость армии, отвага горцев - всё это использовал взошедший в 1758 году на престол Фатали-хан, к концу века фактически построивший небольшую империю от Дербента (ставшего главным городом ханства) до персидского Ардебиля. В 1760-х годах его вассалами стали ханы Баку и Шемахи, и низложив их династии, Фатали мог бы принять древний титул ширваншаха.
Расширяя границы, он грамотно выбирал союзников, будь то дагестанские князьки или ханы соседнего Шеки, и на вершине могущества счёл, что уже не так-то от них зависит. Это была ошибка: в 1770-х годах дагестанские горцы вторглись в Губу, разбили шахскую гвардию и вынудили Фатали бежать в Сальян. Там почти потерявший свои завоевания хан решил пойти ва-банк в деле поиска новых союзников, отправив в Петербург посла с ключами от Дербента. Вскоре в Дагестан пришла русская армия под командованием генералов с немецкими фамилиями, но установив в 1775 году протекторат над Кубинским ханством, России было выгодно не вмешиваться в дела вассала - хан вернул своё и продолжил завоевания, а о том, кто здесь власть, царю целесообразнее было говорить уже с его наследниками. В 1780-х Фатали сделал своими вассалами Ленкорань, Ардебиль и Шеки, небезуспешно воевал с мощнейшим в Азербайджане Карабахским ханством, а считались с горячим кубинцем даже Гилян и Тебриз... но всё рухнуло в 1789 году со смертью хана. Его наследникам на разбазаривание отцовских достижений понадобились считанные годы, а в 1806 году ошмётки ханства без особого труда подобрала Россия.
Несколько лет Губой управлял диван из 4 беков и наиба (наместника), которым стал Мирза Мамед, сам хан, только не Кубинский, а Бакинский. В 1810 году Кубинское ханство окончательно отменили, передав в прямое управление коменданту Губы, а в 1813-м и персидские претензии на него были сняты по итогам войны. В 1830 году Губа стала центром уезда - сначала Каспийской области, с 1846 - Дербентской губернии, а с её разделом в 1860 году - Бакинской губернии.
К началу ХХ века это был средних размеров (15 тыс. жителей) уездный городк, большую часть населения которого составляли примерно поровну азербайджанцы и горские евреи с небольшими (по несколько сотен человек) общинами русских и армян. В 1918 году Губу заняли войска Бакинской коммуны, и я здесь так и не дошёл до огромного мемориала (2013) на найденной в 2007 году братской могиле жертв резни, которую тогда устроили дашнаки. Армяне, впрочем, наоборот, утверждают, что это могила армян, убитых несколько месяцев спустя, когда турки взяли Баку, а сюда распространилась власть Азербайджанской демократической республики, ну а я не вижу причин, по которым каждая из версий может быть правдоподобнее другой. Гражданская война тогда и определила границы - сложись всё чуть иначе, с равным успехом и Азербайджану мог достаться Дербент, и России в лице Дагестана - губинская округа.
Автовокзал в Губе расположен на самой окраине. Центр Губы опознаётся по завитушным фонарям и малоэтажной застройке, над которой нависает Боковй хребет Кавказа. В облаках скрыта высшая точка Азербайджана (4466м) Базардюзю, но не она, а скалистый Шахдаг (4243м) - главная гора в азербайджанской части Дагестана.
В считанных кварталах друг от друга стоят памятники Владимиру Маяковскому и полумифическому Деде Коркуту из казахстанских пустынь, которого тюркские народы неизменно почитают изобретателем своих главных музыкальных инструментов.
Напротив Коркута на главной улице - типично уездный дом из красного кирпича, какая-нибудь уездная управа, городская дума, русско-мусульманская (то есть русскоязычная для местных мусульман) школа или Волжско-Каспийский банк.
Но в основном уездная Губа вдоль улиц Ардебильской, Фатали-хана и (на кадре выше) Расулзаде - такая:
Бесконечные прямые ряды одноэтажных домиков с простейшим декором. На многих, как и у нас, выложены кирпичом даты постройки или имена хозяев. Только - не кириллицей, а арабицей:
Где-то фасады раскрываются тёмными ветхими подворотнями:
Где-то - лавками с колоритными хозяевами:
От дворца Кубинских ханов, как и от упразднённой в 1868 году крепости, не осталось и следа - предки Фатали чего-то выдающегося построить не успели, сам Фатали предпочитал дворцы Шемахи, Баку, Дербента или Ардебиля, и тем более с дворцом не задалось у его потомков. Однако ханский дом тут всё же есть - Аббаса-Кули Бакиханова, русского офицера, сын подавшегося сюда наместником бакинского хана. Впрочем, в историю Аббас-Кули вошёл больше под псевдонимом Кудси - как азербайджанский поэт, историк и этнограф. Его дом начала 19 века на Ардебильской улице с 1943 года занят музеем, а из застройки выделяется разве что по стоящему рядышком памятнику:
Куда более приметны несколько купеческих домов с характерными балконами и завершениями крыши - не знаю точно, какой народ их строил и были ли их хозяева друг другу роднёй. Конкретики по отдельным памятникам царской эпохи в Азербайджане вообще очень мало, а название города, хоть Губа, хоть Куба, введёт в заблуждение любой гугл...
Пара таких домов стоит на центральной площади:
Там же - 8-угольная Джума-мечеть (1791-1802) с новодельным турецким минаретом (41м). Старый минарет, как и медресе, и другие постройки, некогда слагавшие двор, были разрушены в 1930-е годы, а основное здание служило то складом, то музеем ковров.
Джума среди 4 мечетей Старой Губы самая непохожая на другие. Остальные, уже уездных времён, столь же самобытны на фоне других городов, сколь и похожи друг на друга. Например Ардебильская мечеть на улице Фатали-хана, в нынешнем виде построенная в 1895 году, а основанная при квартале, куда Фатали переселил 40 семей из Ардебиля.
Мечеть Сакина-ханум на главной улице Расулзаде построила в 1854 году вдова Бакиханова, и это не случайно - кварталом дальше начинается огромное Верхнее кладбище с колоритными кирпичными мавзолеями, куда я тоже досадным образом забыл дойти.
Зато зашёл внутрь мечети, где обнаружился красивый интерьер:
Самая красивая в Губе мечеть Гаджи-Джафера (1905) на Ардебильской улице не примечательна какой-то особой историей, а названа в честь своего фундатора, местного купца:
Особенно хороши двери:
За которыми довольно простой интерьер:
Помимо мечетей, тут попадаются бани:
В том числе Чухур-Хамам, или Купольная баня рубежа 18-19 веков - вместе с Джума-мечетью одно из двух в городе зданий ханской эпохи:
По назначению баня использовалась до 1980 года, а в 19 веке, по местной легенде, чистоту наводил в ней целый Александр Дюма в своём кавказском вояже.
Дальше Ардебильская улица, первая от Гудиалчая, вдруг входит в густую зелень парка Низами. Увы, почти ничего не нашёл об окружающих его зданиях, но как я понимаю, справа тут краеведческий музей, а слева - шахматная школа (2011):
На барельефах - история Губы, а что за "часовенка" опять же не ясно, но похожа она на те самые мавзолеи Верхнего кладбища. Предполагаю, что это что-нибудь вроде символической могилы Фатали-хана:
Ну а одно из самых впечатляющих мест Губы - местная "потёмкинская лестница" с обилием скульптур, построенная в 1946 году пленными немцами:
Лестница спускается метров на 30, к огромному для своих времён Гудиалчайскому мосту (1894, 275м), с которым фактически образовала единый ансамбль:
Задним планом уездной Губы служит Красная Слобода - "столица" горских евреев: