В преддверии Парада Победы на Красной площади председатель Совета ветеранов Александр Пятаков навестил участников Великой Отечественной войны Алексея Васильевича Ларионова и Семена Кононовича Кащенко и передал им от организации сладкие наборы к чаю.
Облавы
В годы оккупации немцы в городе часто устраивали облавы и угоняли молодежь в Германию. В одну из таких облав попал и Семен. Отправка на чужбину была назначена на 3 декабря 1942 года, но юноша не явился и остался дома. День спустя родители Семена узнали неприятную весть: все, кто
не пришел на отправку, подлежали расстрелу. Пришлось под присмотром деда пробираться темными ночами тайком к родственникам в село Кутейниково Чертковского района. Часть пути шли пешком, если удавалось, добирались товарняком. Шахты, Лихая...
В Лихой беглецы нарвались на немецкий патруль. Таких, как они, было человек 20. Их заперли в вагон и привезли в Каменск. Задержанных держали дня три в подвале без еды. На третий день дали им по ложке творога и по кусочку хлеба. Благодаря пропуску, купленному дедом у полицая за две курицы, их отпустили. Когда добрались в село, Семен видел, как фрицы, замотанные в теплые вещи, отступали. Из соседнего населенного пункта слышалась стрельба. Потом появились наши танки. Целых девять танков, один из которых, к сожалению, немцы подбили из противотанкового орудия.
- Навсегда врезалось в память 31 марта 1943 года, когда я возвращался из села Кутейниково обратно в Шахты. Под Каменском неожиданно налетели немецкие самолеты - целая туча бомбардировщиков. Они направлялись со стороны пос. Глубокого. Как раз на железнодорожной станции скучилось много эшелонов с военной техникой, живой силой. Снаряды рвутся, бомбы летят, пулеметные очереди сверху свистят. Пос. Глубокий - на одной стороне Донца, Каменск - на другой. Сущий ад! Машина с мукой, в которой я ехал, сошла в кювет. Вижу, бомба летит прямо на меня. Ну, думаю, мне крышка. От взрыва снаряда меня засыпало землей. Я перепугался так, что потерял сознание. Чуть не умер. Очнулся - понял, что меня контузило, - рассказывал ветеран.
Но машина уцелела, и наш герой благополучно добрался домой в Шахты.
А 9 мая 1943 года Семена Кащенко призвали в армию. Помнит ветеран, что уходил он на войну вместе с другими призывниками не от горвоенкомата, а с территории горбольницы, которая утопала в сиреневом цвету.
В учебке и на корабле
Впереди у новобранцев была длинная дорога - сначала пешим ходом до Белой Калитвы, затем призывников распределили по товарным вагонам и отправили в Ворошиловские лагеря (пос. Прудбой Волгоградской области), где в тот момент формировался специальный батальон минометчиков. Семен Кононович до сих пор наизусть помнит устройство миномета, напевая про это частушку:
Эх, лафет-двунога,
казенник со стволом,
Вертлюг-амортизатор
с опорною плитой...
Будущих минометчиков обучили стрелять за неделю и отправили после прохождения медкомиссии на Дальний Восток - на войну с Японией.
- После прохождения обучения в учебном отряде в микрорайоне Красная Речка Хабаровска меня направили в Николаевск-на-
Амуре на корабль «Сиваш». Так началась моя служба во флоте. Там мы тоже обучались. К тому моменту мне уже присвоили звание старшины. На корабле я был дизелистом. Признаюсь честно, за всю войну не видел ни одного японца. Моя военная задача была - командовать дизелем: тихим, задним ходом, вперед и тому подобное.
День Победы я встретил там же, на корабле «Сиваш» в Николаевске-на-Амуре.
Нам объявили, что война закончилась. Что тут началось! Вся морская братия выскочила из кубриков на палубу, целуются, обнимаются - радость же какая!!! Это был самый счастливый день в моей жизни.