Такие истории больше напоминают сценарии фильмов ужасов, но, к несчастью, встречаются в жизни. Потерявшиеся, сбежавшие или брошенные и дети могут жить не только в лесу, но и в соседнем доме/квартире.. Люди вокруг могут не подозревать о их существовании, пока не станет слишком поздно.
ДЖИНИ
Родители Джини проживали в калифорнийском городе Аркадия, у них было четверо детей, из которых выжили двое — Джини и её старший брат Джон. Когда Джини исполнилось 14 месяцев, отец девочки изолировал её в одной из комнат своего дома. Прекратив тем самым её контакты с матерью и старшим братом.
Днем отец надевал на девочку подгузник и привязывал к стульчику. На ночь он фиксировал ее при помощи самодельной смирительной рубашки и помещал ребёнка в металлический вольер, закрытый на замок. Окно комнаты было задрапировано алюминиевой фольгой, отражающий солнечный свет. Отец кормил девочку только детскими молочными смесями и избивал палкой, когда та пыталась говорить. В 1970 году мать Джини ушла от мужа, взяв с собой дочь, которой на тот момент было 13 лет.
В 13 лет девушка выглядела как 7-летний ребёнок, не умела бегать, не могла полностью выпрямить руки и ноги и поэтому ходила, испытывая значительные затруднения. Девочка не реагировала на температуру окружающей среды, не была приучена к туалету, не умела жевать, не контролировала слюнотечение и постоянно плевалась девочка то и дело плевалась. На протяжении первых месяцев пребывания Джини в больнице был проведён ряд исследований, направленных на определение её психического и физического состояния. Тесты показали, что по умственному развитию она находится на уровне годовалого ребёнка.
Сейчас известно лишь то, что её содержат в заведении для умственно-отсталых взрослых людей. Джини — не настоящее имя девочки, а псевдоним, данный исследователями для того, чтобы гарантировать ей некоторую анонимность. Настоящее имя Джини - Сьюзан М. Уайли.
ОКСАНА МАЛАЯ
В 1991 году 8-летнюю девочку нашли в сарае с собаками. Когда ей было 2 года, родители-алкоголики оставили её во дворе. Замёрзнув, малышка приползла в сарай и заснула среди собак. Шесть лет Оксана питалась отбросами, лаяла, дышала с высунутым языком, бегала на четвереньках и знала только два слова "да" и "нет". Сейчас девушке уже больше 20, она живёт в клинике в Одессе и помогает на ферме, которая находится недалеко от интерната. Оксана смогла научиться говорить, но её психическое развитие находится на уровне 6-летнего ребёнка.
ИВАН МИШУКОВ
Два года, которые Ваня провел в собачьей стае, молодой человек помнит отчетливо. «Мне было четыре, когда мы переехали в Реутов. Мать тут же исчезла — укатила куда-то гулять. Я остался на попечении тети и дедушки. Первое время все было хорошо, а потом у тети появился свой ребенок, дедушка запил — не смог перенести смерть бабушки. Я стал никому не нужен. Вдобавок к этому муж тети начал меня сильно избивать. Мог закрыть дверь, чтобы я не заходил в квартиру».
Однажды четырехлетний Ваня остался на улице. Его приняла собачья стая, в которой он со временем стал вожаком. В разное время за ним бегали от семи до десяти собак.
Мальчик два года прожил на теплотрассе, пока его не забрали в детский дом. Днем он выпрашивал у прохожих еду, а затем делился остатками со своей стаей. Собаки мальчика защищали и охраняли, поэтому полиции долго не удавалось поймать ребёнка. Молодой человек вспоминает, что дворняги просто не позволяли незнакомцам приблизиться к нему. «Несколько раз меня пытались забрать из стаи, но собаки набрасывались на прохожих и милиционеров. Наверное, раза с пятого сотрудникам полиции удалось меня выманить. Я всегда ходил в магазин, а собаки оставались сидеть снаружи. В тот раз тоже зашел, меня накормили, а когда встал из-за стола, двое полицейских схватили меня и поволокли к черному ходу. Потом меня посадили в машину и долго катали по городу, чтобы замести следы. Все это время за нами бежали мои собаки. Я кричал, вырывался. Только к вечеру меня привезли в приют».
Сейчас Ваня живёт обычной жизнью, ему практически полностью удалось избавиться от повадок животных и восстановить речь.
АНТОН КИПРИЯНОВ
Новосибирская область, 2003 год.
Местные жители назвали Антона "узником концлаагаря". Родные 5-летнего мальчика о нем не заботились: мать не могла найти работу, бабушка с дедушкой воспитывали своих маленьких детей, доход семьи не привышал 2 тыс. рублей в месяц. Иногда ребёнок побирался у соседей, а однажды, когда взрослых не было дома, мальчик нашёл в холодильнике полкилограмма масла и съел его. После этого случая, дедушка посадил ребёнка цепь. На улице мальчик почти не появлялся, а ел и пил то, что оставалось после домашних животных. Мальчик скончался от истощения в январе 2004 года. Как установили эксперты, последний раз ребёнок ел месяц-полтора до своей гибели, его вес не превышал 7 кг, на теле были обнаружены многочисленные ссадины и переломы реберных костей.
ВИТЯ КОЗЛОВЦЕВ
7-летний Витя жил в квартире вместе с матерью, но не успел говорить и бегал только на четвереньках. Он был зверь в комнате вместе с собакой, которая его и воспитывали. Четыре с половиной года — с полутора до шести лет — мальчик прожил в одной комнате с ротвейлером. Звучит дико, но даже еду им кидали в одну миску.
Мальчик лаял и спал на полу на коврике. Спасла ребенка медсестра районной поликлиники. Просматривая карты маленьких пациентов, она обратила внимание, что Витю больше четырех лет не приводили на осмотр. Медработник отправилась по адресу с контрольным визитом — дверь никто не открыл. В квартиру на окраине Подольска медики попали только после вмешательства участкового и органов опеки.
Когда сотрудники МЧС вскрыли дверь, к ним наперегонки выбежали собака и ребенок. Мальчик передвигался на четвереньках, был без одежды. С кудрявой головы на пол сыпались насекомые, а ногти так сильно отросли, что напоминали когти на лапах животных.
Когда Витю нашли, его забрали в "Дом милосердия" Лилит и Александр Гореловы. Витя научился общаться, ходить, пользоваться ложкой и вилкой. Сегодня живёт полноценной жизнью.