Многовато было дикой природы. Есть тема вспомнить что-нибудь о чадных, грохочущих прелестях урбанизма. Для оттенения-контраста живописаний wild nature...
...сумерки спального района сгущаются в непроглядную темноту, мягко вливающуюся в окно. И когда добирается до постели, из-под подушки снова раздается голос с немецким акцентом, напористо бормочущий что-то про пылающее сердце, горячие слезы и веки, которые невозможно будет разомкнуть до рассвета. Которому еще нужно суметь наступить. Ведь ночи — это ломтики бесконечного полотнища мрака.
Крупнокусково пошинкованного шеф-ножом солнца. И каждая из них помнит, что она капля из бесконечного чернильного океана и сохраняет с ним больше симпатического сродства, чем бы того хотелось, когда оказываешься с ней наедине. И начинаясь, все они обещают попробовать стать бесконечными. Для некоторых они такими и оказываются. Капелька отсутствия света разбухает в гигантский океан.
Из глубин которого не выйдет всплыть. Как говорилось в одной пионерской страшилке: «Однажды утром ты проснешься мертвым!». В пылающем смоляном озере седьмого круга «сектора для раздумий» проснешься. Не стоило воровать ту конфету с лотка для подаяний у слепого ребенка. Здесь одна ночь, длящаяся с начала работы заведения. Welcome to nightmare — Радио ледяных пустошей.
Вы слушаете криповый, хриплый и пришепетывающий голос, с умеренным успехом пытающийся изображать верхненемецкий акцент федеральной земли Саксония. Реверберирующий, прыгающий по локализации, право-лево, потолок, но предпочитающий вещать из-за спины, задыхающийся, захлёбывающийся, то сбивчивый, то чеканный, голос его единственного и постоянного ведущего — Джона-ледяные-яйца.
Описывающий прелести ранней городской весны. Когда на улице, если тебе и удалось разомкнуть веки и выбежать туда в поисках облегчения, еще хуже. Серый воздух, серый бестеневой свет, который и светом называть ошибка, серая земля, серая же вода в обмелевшей реке с берегами серыми и бугристыми, как десны мертвецов. В пересменке между окончанием зимы и началом нормальной весны доминирующая краска gray, круглосуточно.
Снег хоть и был грязным, как топка котельной на мазуте, но всё-таки чуть-чуть оставался и белым, растаял. И окружающие пейзажи предстали во всей непотребной красе. Как будто сполз чехол изношенный и грязный, конечно, но теперь обнажился скрываемый им остов сгоревшей машины, настолько неживой, отвратительный, ржавый и покореженный, что очень жалеешь и не против бы вернуть всё взад. Увы, невыполнимо.
Да, последний снег тоже немного волшебство, как и первый. Обессилевшее, не способное подарить надежд и ничего не обещающее. Но хотя бы скрывающее некоторые жести. С ним исчезают остатки иллюзий, эндорфина-серотонина и водяного пара. Остается одна сухая, пыльная и скучная серость. Неплохой момент, чтобы поговорить о мотивации. Что мотивация кнутом дешева и не вызывает привыкания. А вот пряник...
Оставь надежду и воспоминания о таком, сладкоежка. Пряники дороги, и, как всё хорошее, вызывают быстрое привыкание: сожрав один, немедленно хочется следующий, а лучше — два. Зарубежные бизнес-гуру говорят: «Удерживай вредом (кнутом), двигай выгодой (пряником)». Ну, может, где-то в далеком-далеке, в Америках и Европах, где у буржуев даже анатомия другая, не спроста русский может кратно больше водки выпить. И шапку, чтобы не отморозить уши, надеваем мы на… хобот (sic!).
Такая концепция и работает. А в родном суровом отечестве и удерживают, и двигают по-своему, той самой «морковкой сзади». Имя и фамилия имеются не только у каждой аварии, но и у каждого недовыполнения плана. Капиталистического. Называются KPI, «что можно измерить — то можно улучшить». Пипирки б свои попробовали улучшить. Короче, улучшения — тема мутная, но вот пристреливать-увольнять малопроизводительных лошадей.
Это без проблем. И своя логика в нашем особом пути есть. Мотивация выгодой с дорогой душой, может, и не сработает, всё равно работаешь с ленцой — всех денег не поднять, не жил богато, не буду и начинать. Деньги — эквивалент солнечного света, и то паршивый. В болото эту премию, короче. А правильная накачка вредом: работай, а мало, что зарплаты не получишь, ещё и доплатить придется родной компании, животное!
Заставляет метаться, как кошка на раскаляющейся крыше во время пожара. Нет, совсем пряник убирать нежелательно. Он должен существовать, но где-то почти недосягаемо далеко, этаким светом в конце туннеля. Который увидят далеко не все. Вот так вот управляют персоналом по-настоящему умелые капиталистические манагеры, учитывающие российскую специфику. Трудовых свершений, пушистики. Roger that.