Картины далёкого детства почему-то запомнились мне отчётливо, как будто это было вчера. Мы жили в деревне, у всех были собаки, и у нас Дозор сидел на цепи. Он был огромный (или я была маленькая), пушистый, и очень любил меня. Частенько меня отправляли в столовую, недалеко от нашего дома, и я приносила оттуда тяжеленное ведро костей. Вот была радость нашему Дозору! Он был избалован этим "деликатесом" и постоянно закапывал кости вокруг своей будки. Иногда он срывался, волоча за собой цепь, поднимая весёлое облако пыли на деревенской дороге. На улице он никого не трогал, и только во двор не пускал чужаков. Поймать Дозора не могли ни мои братья, ни сёстры, ни мама с папой. Тогда они отправляли меня: иди, поймай, дай ему хлеб. Я выходила за калитку, кликала, он прибегал, брал хлеб и покорно подставлял мне ошейник. Я, такая маленькая, торжественно приводила огромного Дозора к будке. Однажды во двор нам привезли дрова, и когда машина уезжала, то раздавила колесом Дозоркину кастрюлю. Он так