Зеленая лягушка была чрезвычайно одинока в оловянном пруду. Вы думаете, не бывает одиноких лягушек. Бывают... ( Продолжение , предыдущая история о зеленой лягушке и пр. здесь)
Она когда - то очень давно вывелась из крохотного пузыря лягушачей икринки и осталась жить у пруда.
Все ее соплеменники отправились искать свое счастье по свету, а эта осталась.
Она так и жила в месте, где родилась, с головастыми карасями.
Ей все время хотелось общения и ласки, потому что все этого хотят на земле. И она всегда вылезала из- за кустов,когда приходила бабушка Даши покормить рыб.
Иногда она начинала жадничать. Но чаще всего она просто забиралась передними лапами на кусочек батона и сплавлялась на нем близь берега, где стояла бабушка.
Она просто хотела тепла.
Лягушка узнавала протяжный бабушкин голос , когда она кричала: ,,Эй,головастики!,,
И всегда была первой. Еще не заколыхались кусочки булочки на стоячей глади оловянного пруда, как она уже выбраласьиз его прохладного нутра.
В ее душе жил маленький безмамный лягушонок, который никогда не знал материнской ласки.
Что вы думаете? Ласку знают все. Лосята в болотном лесу. Их лижут в зеленом лапники мамы своими шершавыми языками.
Медвежата, им легонько подпинывает мохнатая, тяжелая мать, когда по лесу идет пахнущий металлом человек.
Котята, когда заботливая кошка в тридцатом доме их переворачивает на спину, вычесывая животы. И даже цыплята, когда летит коршун над распластавшейся, как тарелка землей, чтобы стегануть желтого, теплого цыпленка.
А лягушка? Вывелась темной,звездистой ночью из холодной икры, немного побыла черным головастиком, трясущимся от страха, ведь все рыбы очень прожорливы, а карасей в пруду прорва. Потом превратилась в лягушку. И все.
Вышка, которая стояла за лесом, была далека и задумчива. Лягушка иногда пробовала с ней поговорить, но та не обращала внимания на брюзжащее лягушиное кваканье.
О самолетах и говорить нечего.
Внутри них сидели важные летчики, которые видели только небо и рыхлую твердь облаков на нем.
Они иногда говорили с вышкой,когда та этого хотела, но больше всего между собой.
Им, вообще, маленькая деревушка Борзенево в 38 домов казалась узорчатым швом на теле большой и летящей земли.
И лягушка, которую в детстве звали головастик Квак, а теперь Клава , была рада ласковому голосу и теплу, которое исходило от бабушки резкой, черноволосой девочки Даши, которая еще была в Анапе вместе со своей младшей сестрой- двухлетним узкоглазым казахом Мирой...
Пишите комментарии , читайте...