Как пандемия чуть не оставила молодую женщину с тяжёлым недугом без друзей, но всё хорошо закончилось благодаря Ротару и Глинке.
Для 34-летней Екатерины Пырко вторник и пятница – самые любимые дни. Два раза в неделю гомельчанка ездит в Центр инклюзивной культуры на уроки по вокалу. До массового распространения коронавирусной инфекции здесь занималось около пятисот взрослых и детей. Теперь в разы меньше, Катя – в их числе.
Когда Катя была совсем маленькой, ей диагностировали окклюзионную гидроцефалию. Это когда в головном мозге накапливается излишняя жидкость, которая не даёт органу функционировать нормально. Катя перенесла три операции, тяжёлая болезнь не позволила ей учиться в школе, играть с другими детьми.
Однажды старший брат Кати записал для неё кассету с хитами советской эстрады – так девушка увлеклась музыкой.
– Дочка не умела читать и писать, ничего не запоминала, легко могла потеряться на улице. Но музыка на неё действовала по-особенному. Постоянно слушая любимую кассету, она стала усидчивой, начала запоминать слова, – рассказывает невероятные, на первый взгляд, вещи мама Кати Тамара Пырко.
С тех пор главный предмет в комнате Кати – музыкальный центр. Большую часть свободного времени она слушает музыку. Из небольших динамиков звучат песни Марины Хлебниковой, Татьяны Овсиенко, Олега Газманова и Софии Ротару. Девушка подпевает и пританцовывает. Громкость на минимуме, поэтому проблем остальным домочадцам Катя не создает.
Катин дебют на сцене состоялся в Речице четыре года назад на областном фестивале «Музыкальный экспресс». Тогда она занималась в отделении дневного и круглосуточного пребывания молодых инвалидов «Майский цветок. Всё время что-то лепила, вышивала, училась готовить. Но педагоги знали о её любви к музыке, поэтому и предложили поучаствовать в вокальном конкурсе. Воспоминания о событии свежи до сих пор:
– Я спела «Лаванду» и «Хуторянку». Мне дали диплом и сладости. Мне очень понравилось. Я не боялась. Со мной был папа.
Все члены семьи Катю всегда поддерживают. Рады, что у неё есть увлечения и друзья. После «Майского цветка», который закрыли на время пандемии, девушка нашла их в Центре инклюзивной культуры. Здесь она уже полгода учится петь.
Из-за коронавируса центр не отказался от офлайн-формата, но кое-что в работе поменялось: занятия начали проводиться для небольших групп и индивидуально. При этом подопечные центра соблюдают социальную дистанцию, обрабатывают антисептиками руки. Катя продолжает репетиции именно в таком режиме.
Уроки по вокалу начинаются в 11:00. Девушка всегда приезжает за 15-20 минут. Распеваться начинает уже в холле, её любимая песня всё та же «Лаванда» Софии Ротару. Подтягиваются остальные девушки и вместе с Катей идут к своему педагогу в музыкальную студию.
Молодой преподаватель Владислав Глинка учит своих подопечных не только петь, но и держаться на сцене, правильно жестикулировать. Катя, по его словам, преуспевает больше остальных.
Занятия проходят в небольшой комнате у фортепиано. Обычно весь первый урок, а это 45 минут, уходит на разминку – распевка, скороговорки, упражнения на дыхание.
– Ми-мэ-ма-мо-му-мо-ма-мэ-ми, – чётко пропевает ноты с шагом на полтона Владислав. Ученицы несколько раз повторяют за педагогом и вскоре попадают «на нужную волну».
Голосовые связки разогреты, но впереди ещё несложные скороговорки: «У нас гость унёс трость», «От топота копыт пыль по полю летит»… Девчонки стараются, но пока не получается. Смеются.
Владислав объявляет перерыв. Катя с подружками в это время рассматривают друг у дружки наряды, о чем-то тихонько разговаривают.
Второй урок – работа над номером. У каждой из начинающих вокалисток есть песня к выходу на сцену. До яркого выступления пока далеко, но над этим сейчас и работают.
– Катя, улыбайся. Глазами, – подсказывает педагог своей ученице.
Теория тоже является обязательной частью обучения. Девчонки уже знают, как устроено фортепиано, что такое октава. Владислав старается не нагружать их сложными терминами, всё объясняет простыми словами, с помощью ассоциаций. Говорит, ученицы его понимают, никаких сложностей в общении нет.
Занятия заканчиваются, мы с Катей расстаемся на ступеньках центра.
– Про мечту можно сказать? – неожиданно спрашивает наша героиня и, получив одобрительный кивок в ответ, говорит. – Хочу спеть на «Славянском базаре». Меня возьмут?
Мы не сомневаемся, поэтому уверенно отвечаем: «Конечно».
Позже узнаём у руководства Центра инклюзивной культуры, что сцена и зрители у Кати и других воспитанников Глинки обязательно будут. В июле-августе их пригласят выступить на молодёжной площадке, которая работает по пятницам на Юбилейной, 48. Следите за афишей.