Я часто вспоминаю свою практику в онкологическом диспансере как самый мощный и полезный опыт.
⠀
Одна моя пациентка после третьего рецидива отказалась от лечения, она приходила два раза в неделю в диспансер за общением - поддерживала молодых девушек, которым диагностировали метастазы в лимфоузлах. Лимфома - коварное заболевание, его нельзя удалить, сложно понять, на что вообще воздействовать, чтобы излечиться. Рак поражает не орган, а целую систему.
⠀
Общаясь в очередной раз с моей подопечной, которой на тот момент было почти 54 года, я спросила: «О чем вы жалеете?». Это запрещённый вопрос к умирающему пациенту. Но мне хотелось рискнуть.
Ее лицо порозовело и она ответила: «Что рак не нашёл меня раньше. Это не суицидальное, нет, просто я раньше бы спохватилась за свою жизнь - развелась; отправила бы сходящего с ума отца в пансионат, а не пыталась быть сиделкой; перестала бы копить, а начала путешествовать, как мечтала. Сейчас мне откровенно наплевать, что я начальник отдела, у меня двое детей и двое внуков, есть дача и деньги. К чертям собачьим. Я бы просто хотела жить без оглядки на что-то или кого-то. А теперь «жить» - ну максимум пару месяцев. Смысл уже куда-то бежать? Единственное, за что я ненавижу рак - что не пришёл раньше. Тогда было бы время не просто осознать, а действовать».
⠀
Она прожила ещё четыре недели. Я узнала об этом уже будучи на летних каникулах и навсегда поняла: не усвоишь урок - дополнительных занятий жизнь не предоставляет.
