Найти в Дзене
Таня Рязанова

Сон, которым всё закончилось

Иногда мне снятся очень тревожные сны. Не по своему сюжету, сюжета вообще может не быть. Но само ощущение тревожности - тяжёлое, прелое, во сне оно висит в воздухе как волглое одеяло на бельевой верёвке в пасмурный день. Так сегодня утром я увидела маленький, грузинский дворик, пластиковый стол на улице, за ним два брата за какой-то работой. Что-то ремонтируют или режут из дерева.
Я окликнула одного, но он как будто меня не расслышал. Я позвала его погромче, но уже не так уверенно как в первый раз: «Гиооо!». Он оторвался от своей работы и посмотрел в мою сторону. Не на меня, а именно – в мою сторону, как будто меня там не было или он меня там не видел. Второй брат тоже поднял голову и тоже посмотрел. Гио рассеянно улыбнулся: «Ааа, привет! Вот это да! Ты давно здесь? Когда ты приехала?» У меня застучало в висках. Я вдруг очень ясно поняла, что Гио меня не помнит. Он гостеприимный, приветливый, вежливый, он говорит со мной, улыбается и искренне пытается вспомнить. Я дрожу. Я перевожу взг

Иногда мне снятся очень тревожные сны. Не по своему сюжету, сюжета вообще может не быть. Но само ощущение тревожности - тяжёлое, прелое, во сне оно висит в воздухе как волглое одеяло на бельевой верёвке в пасмурный день. Так сегодня утром я увидела маленький, грузинский дворик, пластиковый стол на улице, за ним два брата за какой-то работой. Что-то ремонтируют или режут из дерева.
Я окликнула одного, но он как будто меня не расслышал. Я позвала его погромче, но уже не так уверенно как в первый раз: «Гиооо!». Он оторвался от своей работы и посмотрел в мою сторону. Не на меня, а именно – в мою сторону, как будто меня там не было или он меня там не видел. Второй брат тоже поднял голову и тоже посмотрел. Гио рассеянно улыбнулся: «Ааа, привет! Вот это да! Ты давно здесь? Когда ты приехала?» У меня застучало в висках. Я вдруг очень ясно поняла, что Гио меня не помнит. Он гостеприимный, приветливый, вежливый, он говорит со мной, улыбается и искренне пытается вспомнить. Я дрожу. Я перевожу взгляд на второго брата.
Я смотрю на него и ничего не могу сказать. Про себя я умоляю его меня вспомнить и узнать. Я вижу по глазам, что я кажусь ему очень знакомой. В этот момент я понимаю, что всё это сон, и сейчас я проснусь. Я смотрю на второго брата: «Это же я, это я. Посмотри на меня, посмотри ещё. У меня нет времени, у меня совсем не осталось времени. Пожалуйста, вспомни меня сейчас! Пожалуйста!»
Я держусь за этот взгляд, чтобы не проснуться. Я смотрю на двух братьев, они расплываются, плечом я чувствую, как рядом в постели ворочается маленький сын. Чувствую, как брезжит солнце сквозь занавески. Чувствую, как тело облепили песчинки с пляжа, которые сын опять принёс вчера на босых ногах, они тут повсюду. От моего сна остаётся только взгляд второго брата, долгий взгляд человека, который пытается меня узнать. Тревожное ощущение, что если он не успеет вспомнить меня до моего пробуждения, то я сама исчезну вместе со своим сном. Как будто человек родился, прожил жизнь, умер, а имя ему так никто и не дал. «Пожалуйста. Это я. Я, видишь?» - во сне я пытаюсь что-то сказать, но уже не могу. Слышу, как за окном просыпаются птицы и ранние пальмовые белки. Взгляд обрывается вместе со сном. Я лежу в своей постели в Индии с широко открытыми глазами и твёрдым ощущением, что меня в этом мире больше не существует.

2018, Гоа, Индия, фотограф Дарина Евграфова
2018, Гоа, Индия, фотограф Дарина Евграфова