Меня тут неделю назад в показах ограничили. Семь статей за неделю, и на все семь - 130 показов.
Вроде как за заимствованный контент.
Вот уж чего не ожидала.
Всё, что могу предположить – при цитировании не использовала точные ссылки, просто помечала – например, википедия, или Яндекс. Картинки.
Дело в том, что заимствованный контент мне просто не интересен. Характер такой с детства – люблю, когда я сама. Когда у меня получилось. Это первое.
А второе – вот оно. Цитирую, даю ссылку.
"Я хорошо понимаю, что читателю не очень нужно все это знать, но мне-то очень нужно рассказать ему об этом".
Подробнее на livelib.ru:
https://www.livelib.ru/quote/42751482-ispoved-zhanzhak-russo
Это сказал замечательный француз Жан Жак Руссо.
Мне очень многое в его мыслях нравится. А я люблю делиться тем, что нравится. Например, в своих фотоотчётах и подборках фото.
Я, в целом, не настаиваю, что Вы обязательно должны это видеть. Это уж Вам решать, нажимать или нет на ссылку. И ещё и потому обидно, что это не только меня ограничили в показах. Получается, это и Вас ограничили в праве выбора.
Так что погрустила я немножко, потом перечитала оптимистичного Руссо и вспомнила: я же про Волчка хотела рассказать! И мне же никто не мешает это сделать! А я очень хочу рассказать Вам о Волчке. О том, что он был классный. Просто о том, что он был.
Обычная ситуация: едет человек на машине по городу и видит на газоне собаку. И из машины понимает, что с ней что-то не так. Останавливается, подходит и видит неестественно вывернутую переднюю лапу в засохшей крови.
И ветлечебница, на счастье, рядом.. Там выяснилось, что Волчка (только тогда никто ещё не знал, что это Волчок) ужЕ приносили дети. Но, узнав, что пса надо оперировать и это дОрого, ушли. Скорее всего, они его просто оставили на газоне.
Человеку, который нашёл Волчка, всё объяснили. Что лапа повреждена сильно, а главное – давно. Что вот-вот начнётся гангрена. Что лапу надо ампутировать, а собаку после операции – выхаживать. Так что решайте, не проще ли её, то есть его, усыпить.
Дальше Волчок получил обезболивающий укол и обработку лапы, а человек, который его подобрал – рекомендации по подготовке к завтрашней операции. И поехали они к нам.
Потому, что у нас большой частный дом.
Только в этом дом ужЕ есть Леся, Найда и Дана. Я там, выше, что-то о праве выбора писАла? Вот Вам и выбор.
Привезли его после операции. Я в полуобмороке. Чужая, почти взрослая собака, которой мне надо обрабатывать шов и колоть антибиотики. Ну что ж, будем держать всей семьёй…
Но не потребовалось. Лежал, всё терпел.
Это Волчок вскоре после операции. Если присмотреться, видно сбритую шерсть на левой передней лапе. Точнее, над тем местом, где раньше была лапа.
Очень долго Волча привыкал, что лапы нет. Он привык бегать, разгонится – и заваливается на свой обрубок. Иногда до крови разбивал. Ну как ему объяснишь?
А на характере ничего не сказалось. Помесь ласковой собаки с независимой. Инвалидом себя не признал и в обиду не давал. Все наши девочки, даже немецкая овчарка Дана, признали его вожаком.
Я так и не узнала, был ли он когда-то домашним. Что за дети принесли его в ветклинику, а потом оставили?
Длинно получается. Завтра продолжу, тогда и станет понятно, почему Волчок смог бы научиться летать.
Понравилась статья? Если да, ставьте пальчик вверх.
Если, конечно, Вы её увидите(((