Если коротко:
- Jump Taxi облегчает взаимодействие таксопарка с водителями, позволяет таксистам рассчитывать доход и получать оплату сразу.
- Сервис монетизируется за счёт подписки.
- На карантине люди стали меньше ездить, но создатели Jump Taxi сумели быстро адаптироваться и видят в кризисе новые возможности.
- Вынужденная «удалёнка» показала многим менеджерам, что сотрудники готовы работать на результат, без жесткого контроля.
С 2010 года рынок такси в России пережил серьёзную трансформацию. Прежде чем появились агрегаторы и приложения для заказа такси, машину с водителем можно было поймать, просто выйдя на улицу. Причём таксисты в те времена могли легко отказать клиенту, если он был пьян, подозрительно выглядел или в порыве чувств заявлял «Везите меня, куда глаза глядят».
Теперь всё стало одновременно проще и сложнее. Мы точно знаем, к кому садимся в машину (во всяком случае, нам известны имя водителя, марка и номер автомобиля), можем не беспокоиться о том, что в поздний час не удастся поймать машину, или что диспетчер не поднимет трубку.
Изменилась и система оплаты труда. Раньше водитель получал наличные от пассажира, вносил комиссию таксопарка в специальный терминал и сразу же забирал оставшиеся деньги себе. С появлением Gett, Uber и других система оплаты сильно усложнилась. Цепочка движения средств стала выглядеть так: агрегаторы — таксопарки — водители. А последние сначала получали свои деньги только через неделю. Естественно, это потребовало автоматизированного решения. Одними из тех, кто оперативно его нашёл, стали новосибирцы Михаил Кириченко и Антон Кириллов — основатели компании Jump Taxi, создающей одноименное приложение для водителей и таксопарков по всей России.
Они рассказали нам о том, какие принципы помогают не испытывать стресс и оставаться эффективными в кризис, в чём преимущества работы онлайн и что, по их мнению, ждёт офисы после пандемии.
О компании и основном продукте
Михаил: Мы делаем приложение, которое помогает таксопарку рассчитывать заработок водителя, водителю — общаться с таксопарком и видеть свой доход в режиме реального времени и в любой момент запрашивать деньги, а таксопарку — сразу же ему их выплачивать. С Jump Taxi от момента решения водителя получить оплату за работу до поступления средств ему на карту проходит не более двух минут. Наш продукт используют по всей стране: в Москве, Петербурге, Новосибирске, Краснодаре, Казани, Уфе, Екатеринбурге, Ростове-на-Дону и других. Основной источник заработка для нас — подписка таксопарков.
О влиянии пандемии и новых решениях для клиентов
Михаил: Дела на рынке такси сейчас обстоят не лучшим образом — люди меньше катаются, у многих таксопарков машины находятся в лизинге, за который элементарно нечем платить. Мы стали активно помогать нашим клиентам через создание различных бонусов и дополнительных предложений. Основной продукт остался прежним, однако мы регулярно делаем какие-то опции бесплатными. К примеру, вывод денег на карты одного из наших банков-партнёров временно был без комиссии. Ещё мы проанализировали растущие в кризис рынки и поняли, что один из них — служба доставки. Так в приложении появилась новая опция — можно не только перевозить пассажиров, но и быть курьером. Это позволяет и таксопаркам, и водителям увеличить количество поездок, а значит — и доходы.
«Любые внешние изменения — потрясающая вещь для бизнеса. Конечно, если мы не говорим о ситуациях, которые одним щелчком выключают целые отрасли. Как, например, произошло с ресторанами».
Когда что-то меняется извне — это всегда возможности, шанс придумать что-то другое и новое. Мы тоже стали меняться. У нас много новых идей на стадии проверки гипотез, какие-то продукты мы достали «из стола» и активно работаем над их актуализацией.
200+ городов охватывает Jump Taxi
На самом деле, не могу сказать, что в период пандемии я испытываю бОльший стресс в работе, чем было до её наступления. Мои взгляды на бизнес-процессы никак не изменились. Я всегда смотрел и думал, что и как можно сделать лучше? Когда я слышу что-то вроде «Объявили карантин, и тогда мы начали делать вот это», у меня возникает вопрос: а что вы делали до этого? Просто плыли по течению? Мне это не близко. Мы в тонусе всегда.
Антон: В пандемию я ужасно радуюсь и кричу «Ура! Пошла движуха!». Сейчас происходят колоссальные изменения. Для предпринимателя это лучший период, ведь он и в «мирное время» всегда пытается изменить реальность, ищет тех, кто открыт новому, кто готов меняться и менять свои привычки, но постоянно сталкивается с сопротивлением — это самая главная проблема. А тут мир внезапно перевернулся, каждый первый тебе сейчас говорит: «Да, давай! То, что ты мне предлагаешь — моё спасение. Я готов к новому формату жизни». Вот поэтому я убеждён, что кризис — отличная возможность для роста.
«Попробовали бы четыре месяца назад продать ресторанам доставку. Да большинство сказало бы, что им это не нужно и у них и так всё хорошо. А сейчас всё совершенно иначе».
Сегодня лучше остальных живут те, кто настолько чётко видит актуальные тенденции, что начинает формировать вокруг них совершенно новую экосистему.
О плюсах отлаженной удалённой работы и управлении бизнесом из разных городов
Михаил: Мы изначально выстраивали все бизнес-процессы так, чтобы можно было работать удалённо — очень активно используем мессенджеры, отдельно существует Slack, Telegram, заведены дейли, спринты, Jira и всё то, что должно быть в любой IT-компании, которая хочет работать продуктивно.
За год до кризиса я перестал работать из офиса. Слишком много было отвлечений и лишних коммуникаций. Что касается сотрудников, то я точно знаю, что наши программисты и менеджеры отлично чувствуют себя дома, не чувствую падения эффективности от удалёнки. Можно сказать, что с разработчиками сейчас даже удобнее тестировать различные фичи в Zoom: они транслируют мне свои экраны, мы всё тут же проверяем, исправляем и двигаемся дальше. Организационных перемен с наступлением пандемии я лично не ощутил, поэтому да, это определенно наше преимущество.
Антон: Переход на удалённую работу никак на нас не сказался. Я уже три года управляю компанией из другого города. Мы же айтишники — полжизни сидим в чатах, созвонах, мессенджерах. Для нас это естественно. Мне такой формат идеально подходит. В работе в офисе, например, есть минус — время, которое ты тратишь на дорогу до него и обратно. Несомненный плюс — то, что ты можешь прямо сейчас встать, подойти к коллеге и задать ему интересующий тебя вопрос. Но в то же время тут есть и обратная сторона — ты мешаешь. Получая ответ на свой вопрос, выдёргиваешь другого человека из его собственного рабочего процесса и ритма. Поэтому ключевое преимущество онлайна и умение им пользоваться в том, чтобы дать человеку право не общаться с тобой прямо сейчас. Как только ты внедряешь это в свою парадигму работы, вы начинаете подстраиваться под сотрудников, а они под тебя. Таким образом создаётся система, в которой время всех участников процесса распределяется наиболее эффективно.
О невозможности полностью перейти на работу онлайн
Михаил: Как бы мы не любили удалённую работу, офис — это место, где рождается синергия. Энергетика отдела продаж заряжает отдел разработки. Во время работы в офисе отдел технической поддержки, к примеру, делится своей экспертизой с другим отделами гораздо больше, чем он может делать это удалённо — элементарно во время коротких бесед в коридорах, на кухне, в зоне отдыха. Это дополнительная эффективность и ценность, которую трудно переоценить. Этого действительно не хватает на удалёнке.
О будущем офисных работников
Антон: Мне кажется, что по окончании пандемии традиционные компании, ныне вынужденно перешедшие на удалёнку, внесут серьёзные коррективы в работу офиса. До кризиса все жили в классических офисных регламентах — работа с 9:00 до 18:00, установленный обед, контроль за посещаемостью с помощью электронных пропусков и тому подобные меры. Это было удобно руководству, но не сотрудникам.
«Нынешняя же ситуация показала многим менеджерам, что, даже не будучи под тотальным контролем со стороны начальства, их специалисты способны эффективно справляться с задачами в сроки».
А значит, я надеюсь на это, люди должны понять, что ключевой момент — дать команде возможность работать на результат. Нашим сотрудникам мы так и говорим: нам нужна твоя экспертность, нам нужны твои знания, нам не нужно, чтобы ты ровно восемь часов в день делал эту работу, нам нужно, чтобы ты закрыл для нас вот эту потребность. А как они её будут закрывать, нам нет разницы. Какая разница, если есть результат?
Ирина Талалаева.