Ей настолько стало скучно,
Что она вздумала любить.
В крохотной комнате настолько душно,
Что попросту в ней нельзя жить.
Но она спокойно в одиночестве живёт,
Всё также в этой комнате уже не первый год.
И не последний, но надеется она,
Что кто-то вызволит её из родового гнезда.
Пусть это трата времени и пустые чаяния,
Она не впадает, не впадает в отчаяние.
Она ждёт любви, что накроет с головой.
Она надеется, что станет совершенно другой.
Ей снятся красивые люди с экрана,
Она так печальна, так болит её рана.
Ей странны те люди, что не любят и вовсе,
Ей странны те люди, что не любят осень.
Она подогреет себе чаю с мятой,
Ей так не хватает пассии, с экрана взятой.
Она так ждала, столько лет мечтала,
Что станет вдруг звездой экрана.
Но в желаниях её теперь нет значения -
Она занята любовным уравнением.
Человек с экрана плачет, человек смеётся.
Человек приторно смотрит, голос его льётся.
Она ждёт любви, что накроет с головой.
Она надеется, что вскоре станет совершенно другой.
Ей снятся красивые люди с экрана,
Она так печальна, так горит её рана.
Ей чужды совсем счастье и гармония -
В душе у неё звучит симфония.
Симфония тоски, симфония плача,
Она бы хотела, но не может иначе.
Она знает свой завтрашний день наизусть,
Ей так надоело это, ну и пусть.
Она здесь бессильна, точно как рыба,
Которая бьётся на берегу обрыва.
Ей скучно жить, ей скучно спать, ей скучно есть.
Ей надоела также и поклонников лесть.
Она ждёт любви, что накроет с головой.
Она надеется, что станет совершенно другой.
Ей снятся красивые люди с экрана,
Она так печальна, так кипит её рана.
Пусть они выдуманы ей, но всё же
На настоящих людей они чем-то похожи.
Ей больно смотреть, ей больно слышать смех,
Который сделал в сердце множество помех.
Ей так дискомфортно, по-другому не может.
И может быть вино ей чем-то поможет.
Она взирает вновь и снова на экран.
На множество юных и старых дам.
Там есть и мужчины, что тоже плачут,
Ведь они никак не могут иначе.
Она ждёт любви, что накроет с головой.
Она надеется, что станет совершенно другой.
Ей снятся красивые люди с экрана,
Она так печальна, так шипит её рана.
И что же ей сказать, что же пожелать?
Она одна совсем, на улице плюс двадцать пять.
И может быть частично виновата она -
Но что теперь, когда она совсем одна?
Она увидит птицу, парящую в небесах,
И ей захочется в тот час же точно также парить.
Так пусть же будет прежних крыльев шире размах,
И пусть она научится себя любить.
Она ждёт любви, что накроет с головой.
Она надеется, что станет совершенно другой.
Ей снятся красивые люди с экрана,
Она так печальна, так бурлит её рана.
Она сидит одна, но по-другому не может,
И может быть вино ей чем-то поможет.
Ей снились красивые люди с экрана,
Она не печальна, у неё нет раны.