1 котобря
Нашел у Этих чистую тетрадь и ручку, решил записывать все, что со мной происходит. Не слишком удобно, но что поделать: Эта каждый день куда-то уходит и забирает с собой светящуюся тыкалку.
Одному дома скучно. Из развлечений — сороки за окном, да странная шуршащая штука. Ее так здорово жевать. Правда, Эта обычно ругается, если замечает меня за жеванием и говорит выплюнуть гадость. Тиранша.
Обошел владения, выгнал Бабаича из-под дивана, пострекотал вместе с сороками и вернулся к тетради. Понял, что выводить буковки — довольно любопытное занятия. Интересно, почему я раньше этого не делал?
3 котобря
Эти вчера весь день были дома, до тетради добраться не смог. Зато чесали во всех местах. Если бы Эта еще не сетовала на то, что я вымазал где-то лапы, было бы вообще замечательно. Думал сперва — в ванну потащит — но, слава котам-предкам, обошлось.
Но вот где я умудрился так изгваздаться — самому интересно. И так шерстку вылизывал, и сяк — не оттирается. Плюнул в итоге на это дело, пошел смотреть на сорок.
Вспомнил, почему не вел раньше дневник: не знал, как пишутся все эти закорючки и что они обозначают. Кажется. Еще узнал, что та светящаяся штука, в которую постоянно залипает Эта, называется "телефон". Откуда? Пес его знает. Само собой в голове всплыло — и вот.
4 котобря.
Перестал понимать сорок. По интонации слышу, что дразнятся, но какими словами — не разбираю. Этих, напротив, понимаю лучше. Странно.
В окно смотреть стало не интересно. Попытался включить ту плоскую штуку, которую Эти смешно называют "плойкой" — хотелось узнать, почему они каждый вечер собираются возле нее и другой плоской штуки. В итоге до вечера гонял по какому-то старому городу одного из Этих в плаще и капюшоне. Особенно понравилось скакать по крышам и прыгать с огромной верхотуры в стог с сеном. А еще, другие Эти, за которыми охотился Этот в капюшоне иногда толкали умные речи. О свободе, справедливости, мире — и вот этом вот всем. На всякий случай запомнил несколько понравившихся фраз.
10 котобря
Этот в очередной раз назвал пушистой жопой.
Обиделся, весь день отказывался идти на ручки. Сжалился только к вечеру.
Шерсть на лапах по-прежнему синяя — не оттирается, хоть ты тресни. А я ведь даже позволил себя засунуть под воду. Вот же въедливая зараза!
Всю прошлую неделю гонял Этого в капюшоне по разным городам. Слушал его рассуждения о других Этих. Звучит интересно.
Правда, вернувшиеся раньше обычного мои Эти чуть не застукали. Пришлось срочно все выключать и делать вид, что крепко сплю.
12 котобря
Вспомнил, где испачкал лапы. Пойду туда снова — попробую выяснить, что это за несмываемая дрянь.
*несколько следующих страниц помялись и испачкались*
5 котреля
Я сплю? Скажите кто-нибудь, что я сплю! Хочу проснуться на мягком диване, в своем грацио-узном пушистом теле! Где мои лапки? Где мой хвост? Почему я похож на Этих? Почему они меня понимают?
Не надо было тереться о ту странную штуку.
И с Этими в халатах тоже не надо было заговаривать! Стоило из тряпок этих выпутаться и рот открыть — засуетились, запричитали и давай меня по-новой в халат заворачивать, да назад, в постель, укладывать. И приговаривают все: "Кацуери-сама, вы сильно болели, вам рано еще вставать!" и "Кацуери-сама, неужели вы ничего не помните?"
Правда, одна из Этих — та, что больше всего беспокоится обо мне — так здорово пахнет. Если бы она была кошкой, я бы пригласил ее помурчать вместе.
8 котября
Здесь не так уж и плохо, как показалось в начале. И тело это не так бесполезно, как я думал — пусть оно и не умеет приземляться на все четыре лапы и грациозно гулять по краю крыши.
А Рю — та, что так приятно пахла — действительно замечательная. Она помогает мне… хм… "вспомнить", кто я, и все время держится неподалеку.
Не хочу ее расстраивать, поэтому не говорю ей, что вспоминать мне нечего.
Она рассказывает много интересного — и об этом месте, и о людях, которые здесь живут. Мне нравится ее слушать, и не нравится, когда она грустит. А еще, я стараюсь запомнить как можно больше — чтобы, хм, "стать прежним Кацуери", ну и порадовать Рю, само собой. Думаю, скоро я полностью "исцелюсь". Я ведь умный котик.
12 кошарта
Оказывается, быть человеком — не так-то просто. Столько ограничений, дурацких правил и условностей. Вот почему я не могу потереться носом о нос Рю, когда хочу? Почему нужно непременно ждать, когда мы окажемся с ней наедине?
Я — глава крупного дома, но почему-то не могу разрешить всем тереться носами, когда вздумается. Экая странность.
Зато я могу приказать захватить вражеский замок и вдохновить моих людей пламенной речью. Той самой — о справедливости, мире и чести — которую я сам слушал, кажется, в прошлой жизни.
Рю отговаривает меня воевать, но кто же тогда восстановит справедливость и мир в этом странном месте? Я виделся со многими главами домов, но все они, кажется, стремятся к собственной выгоде. Некоторые из них предлагали мне склониться перед ними. Но чтобы котик кому-то служил — ну уж нет.
28 котоюня
Что я наделал? Почему никого не послушал? Почему не прислушался даже к Рю?
Наше войско разбито, а от нашей знаменитой конницы почти ничего не осталось. Я видел, как под градом пуль падали люди и лошади — и ничего не мог сделать. От грохота выстрелов мне хотелось прижать уши и бежать далеко-далеко. На мгновение я даже забыл про Рю.
Нам пришлось отступить назад, в родовой замок. Надеюсь, его стены сумеют уберечь оставшихся людей. А я… Я поеду к победителю. Попробую договориться о мире.
Рю я ничего не говорил, но она, кажется, сама обо всем догадалась.
Что ж, даже если я не вернусь — так тому и быть. У котиков девять жизней, и может быть, в одной из них я встречусь с Рю.