13-й век, графство Корнегейское, поселение Деревейко. -Аааа! - очередной душераздирающий крик разорвал тишину зимней ночи. - Да когда ж она заткнётся, прости меня за грехи, Создатель, - старый Евлампий, сплюнув, накинул потертый тулуп, захватил самокрутку, вышел во двор и, присев на рассохшуюся лавку, с наслаждением закурил вонючую траву, собранную бабкой на болотах прошлым летом. Всё лучше, чем слушать вопли неведомо откуда свалившейся на них роженицы. Не споткнись об неё вчера вечером бабка, выходя по нужде, спали бы сейчас спокойно, и горя бы не знали. А за ночь намело бы по окна и нашли бы эту непутевую лишь по весне, когда бы снег сошел. А сейчас вон орет, как нанятая, аж в ушах звенит. Сначала-то только стонала тихонько, когда они с бабкой её в избу-то тащили, а теперь вошла в раж, никакого тебе покоя в своей избе. Холодное хрустальное небо зимней ночи загадочно мерцало драгоценными каменьями, батюшка в храме сказывал, что редко, но бывало, что каменья могут упасть с неба, и