Арбитражный суд Москвы решил спор о взыскании 3,4 млн руб. убытков в результате оплаты долга по поддельному договору цессии. Техническая экспертиза документа ситуацию не прояснила. Добиваться истины пришлось путем рецензии.
Бизнесмен Алексей Лютов обратился в Арбитражный суд Москвы с иском к Андрею Криворотову (фамилии изменены) о взыскании убытков в размере 3,4 млн руб. Ранее ответчик потребовал в срочном порядке от Лютова возвратить крупный долг, право требования которого он приобрел по договору цессии у Елены Смирной. Лютов долг оплатил, но через суд потребовал от Криворотова возврата этих денег. По мнению истца, договор цессии является поддельным.
Суд назначил техническую экспертизу документа, поручив эксперту выяснить, действительно ли дата, указанная в договоре, соответствует дате его подписания.
Согласно заключению, подписи от имени Смирной и Криворотова выполнены пастами для шариковых ручек. Исследование реквизитов и бумаги не выявило признаков химического и механического воздействия. Исследование красителей, которыми выполнены подписи, на содержание летучих веществ показало, что подпись от имени ответчика выполнена не ранее декабря 2017 года. Установить, соответствует или нет время выполнения подписи дате, указанной в документе, не представляется возможным. Причиной этому являлось отсутствие в коллекции ЛСТЭД штрихов-моделей, выполненных пастами для шариковых ручек, имеющих тот же или близкий состав красителей и растворителей, что и паста для шариковых ручек в штрихах исследуемой подписи. Установить время выполнения подписи от имени Смирной не представляется возможным по той же причине.
Выводы эксперта Лютова удивили, ведь он был уверен, что фактически документ был составлен в январе 2019 года. Истец заказал рецензию, которая должна была прояснить следующие вопросы:
- Верно ли выбрана и применена методика исследования, в полном ли объеме оно проведено?
- Является ли эксперт компетентным в области производства судебных экспертиз и исследований?
Ознакомившись с текстом экспертизы, рецензент отметил, что в ней отсутствует информация о специальности эксперта. Не указан тип экспертизы: первичная, дополнительная, повторная. В исследовательской части заключения отражены не все результаты исследований. Кроме того, выводы не аргументированы, а экспертиза в целом выполнена поверхностно и непрофессионально.
Например, эксперт указывает, что использует хроматограф «КРИСТАЛЛ – 5000.1» и спектрофотометр «Shimadzu UV-2550», но не указывает разработчика, год выпуска, заводской номер, номер поверочного сертификата и дату последней поверки хроматографа и спектрофотометра. Далее сообщает результаты исследования, но не приводит хроматограммы и спектры, его подтверждающие, указывая, что: «Полученные хроматограммы оставлены в наблюдательном производстве ЛСТЭД». Без хроматограмм и спектров выводы эксперта не аргументированы, не достоверны и не обоснованы.
Одним из этапов методики «Определение давности выполнения реквизитов в документах по относительному содержанию в штрихах летучих растворителей» является этап моделирования процесса старения исследуемых штрихов в проверяемый период времени. Образцы для сравнения эксперту не были представлены, а эксперт в нарушение методики исследования не запрашивал их. В целом, исследования проведены в минимальном объеме, отсутствует анализ полученных результатов на каждом этапе. Это вызывает сомнения в полноте исследований, точности полученных результатов и, как следствие, в достоверности сформулированных выводов.
В ходе исследования экспертом были допущены многочисленные нарушения и противоречия. Экспертиза выполнена с нарушениями действующего законодательства и методик. Ответы на поставленные вопросы не являются исчерпывающими. Выводы эксперта не обоснованы и вызывают сомнения в правильности.
Суд назначил повторную техническую экспертизу по установлению давности выполнения реквизитов документа. На этот раз было точно установлено, что дата, указанная в договоре, не соответствует времени ее нанесения. Спор был решен в пользу истца.