Мы ядовитыми словами повсюду брызжем, словно змеи. Быть деликатнее — едва ли, иль не хотим, иль не умеем. Зато при людях мы милашки и лыбу тянем до предела, а глянуть в душу — аж мурашки скользят по вздрогнувшему телу. Несоответствий режет кипиш, его разрыв всё шире, шире, пока совсем не раздвоившись, мы не живём в двуликом мире. И на кровати лёжа ночью, наедине с самим собою, с досады этой жить не хочем и от безвыходности воем...
Мы ядовитыми словами
повсюду брызжем, словно змеи.
Быть деликатнее — едва ли,
иль не хотим, иль не умеем.
Зато при людях мы милашки
и лыбу тянем до предела,
а глянуть в душу — аж мурашки
скользят по вздрогнувшему телу.
Несоответствий режет кипиш,
его разрыв всё шире, шире,
пока совсем не раздвоившись,
мы не живём в двуликом мире.
И на кровати лёжа ночью,
наедине с самим собою,
с досады этой жить не хочем
и от безвыходности воем...