Это была катастрофа! Женщину огорчала не столько безвременная кончина библиотечной книги (в конце концов, библиотека от неё уже отказалась), сколько невозможность дочитать до конца. Исчезнувшие обложка и корешок, значительно усложняли опознание. Нина попробовала найти произведение в интернете, но, как оказалось, это была утопическая идея.
Офицер Дженкинс был героем доброй сотник детективов. Большинство из них были третьесортной бульварной беллетристикой, а оставшиеся больше походили на криминальную сводку в утренних новостях. Ничего общего с пропавшей книгой они не имели. Можно было попробовать провести опознание с помощью Глафиры Петровны, но Нина сразу отмела этот вариант. Старушка не узнала роман, даже держа его в руках. Надеяться, что она вспомнит автора или название по пересказу, было в крайней степени наивно. Ситуация становилась безвыходной.
Начался затяжной «нечитун». С Ниной это случалось крайне редко, но, если уж случалось, то вместе с депрессией. Она пробовала переключить внимание на другие книги, но бросала их, не дочитав и первой главы. Мысли всё время возвращались к расследованию Дженкинса. В очередном приступе отчаяния Нина даже попыталась расспросить Глафиру Петровну, но встретила вполне ожидаемое непонимание. Что было неожиданным, так это встречный вопрос.
- Как книга могла растаять?
- Я не знаю, - Нина несколько смутилась, - Видимо, я уснула в ванной и уронила её в воду. Вы же знаете, как это губительно действует на бумагу.
- Конечно действует! Страницы разбухают, желтеют, начинает растекаться типографская краска, обложка расслаивается… Но чтобы растаять! Это ведь не папирус... – Лицо библиотекаря выражало сильную озабоченность. Очевидно, за долгие годы работы, Глафира Петровна впервые сталкивалась с такой историей.
«Она мне не верит, - подумала Нина, - Сейчас еще, чего доброго, решит, что я слетела с катушек. А может и заподозрит в обмане, что еще хуже». Дожидаться такого исхода беседы женщине не хотелось. Она спешно попрощалась и ушла, оставив Глафиру Петровну наедине с вопросами и подозрениями.
Дома Нина бросилась проводить эксперименты. Первыми жертвами стали старые газеты. Женщина поливала их водой из стакана. Газетные развороты страдали, но не исчезали без следа. Из чувства мести, они напротив оставляли следы краски на столе, избавиться от которых стоило большого труда. На газетах Нина не остановилась. Следующей жертвой стало полное собрание сочинений Вилиса Лациса в 8 томах. О литературных заслугах прибалтийского автора Нина не знала и знать не хотела. Она набрала полную ванну горячей воды, добавила туда пенную бомбочку и начала по одному забрасывать романы и повести о подвигах трудового латышского народа. Через 40 минут Нина сидела на полу в окружении разбухших книг. Ни один из томов не растаял.
Всю ночь женщина крутилась в постели. Она никак не могла взять в голову, почему эксперимент завершился провалом. Утро принесло еще больше вопросов. На прикроватной тумбочке лежал детектив без обложки.
***
Такова традиция. Соседи никогда ничего не видят и не слышат. Они дежурят у дверных глазков, прикладывают уши к розеткам, заглядывают в окна, перевешиваясь через подоконник. Многоликая стража, которая становится слепой и глухой, когда это нужно.
Дженкинс в очередной раз ходил по квартирам. На этот раз он взял с собой фотографии ранее судимых насильников и убийц. Замысел был провальным, но ничего другого офицеру в голову не приходило. Эксперты перевернули квартиру жертвы, но не нашли ни одной зацепки. Убийца не оставил после себя даже крошечной частички кожи. Оставалось только отрабатывать уже известных маньяков, в надежде на чей-то рецидив.
К искреннему разочарованию Дженкинса, обход дал свои плоды. По меньшей мере 8 лиц на фотографиях показались знакомыми жителям квартир. Большинство встречали их не по одному разу, а старушка из 22-ой даже признала в серийном насильнике покойного мужа. Всё было пустышкой.
Однако одно Дженкинс знал точно – убийца за ним следил. В своём кабинете он обнаружил лаконичную записку. «Холодно, офицер! Попробуй еще раз»...
Продолжение следует.
Подписывайтесь на канал. Оставляйте комментарии.