Благодаря русским эмигрантам в 1920–1930-х годах Европу охватила эпидемия стиля «а-ля рюс». Мастерство рукоделия, которому обучали и в аристократических семьях, оказалось востребовано на заграничном рынке. Эксклюзивные шляпки, нижнее белье, сумочки, шали, бижутерия и платья со славянскими мотивами, созданные в кустарных условиях экс-баронессами, графинями и княгинями, покупали и европейские дамы, и американки. Так русские эмигрантки на два десятилетия стали теми, кто диктовал моду всему миру.
До эмиграции Бетти Буззард в России была известна под другим именем — она была баронессой Елизаветой Гойнинген-Гюне, фрейлиной императрицы Александры Федоровны. Девушка из древнего прибалтийского баронского рода еще в Петербурге вышла замуж за барона Николая Врангеля, который был старше ее на 18 лет. Во времена революции вся семья баронессы бежала во Францию.
Как и многие титулованные особы в изгнании, баронеты вскоре остались без средств к существованию. Бетти Буззард и ее сестра Хала занялись шитьем. Вскоре Бетти при поддержке мужа решилась открыть свой собственный русский дом мод. Он получил название «Итеб» — ее собственное имя, написанное наоборот. Начало великокняжескому бизнесу было положено в маленькой квартирке на улице де Лиль, которую сняли под мастерскую. В помощницы наняли, конечно, старательных и готовых работать за копейки русских эмигранток.
Вскоре появились первые заказы — не гнушались даже самых банальных. Это позволило работницам и самой хозяйке набить руку. В 1919 году Бетти Буззард стала называть себя «мадам Итеб» — популярный в эти годы стиль ар-деко требовал простоты, а сокращения были в почете и в мире моды. К тому же «псевдоним» хозяйки дома мод было удобнее использовать и поставщикам тканей, и портнихам, и заказчицам. Уже очень скоро Бетти Буззард накопила достаточно средств и наработала клиентскую базу, чтобы перенести свой бизнес в центр модного Парижа. Дом мод «Итеб» открыл свои двери в 1921 году на улице дю Руаяль.
Интерес иностранок к русской экзотике и ручной, почти ювелирной, работе сделал свое дело — скоро у «Итеба» было множество заказов. Иллюстрации, афиши и рекламу для модных журналов создавал брат Бетти Георгий. Иногда он даже принимал участие в создании коллекций одежды. Нина фон Гойер, манекенщица «Итеба», вспоминала в своих дневниках, что мадам Итеб «была очаровательной и радушной светской дамой, которую все любили вне стен «Итеба». Но когда была в своем доме, то становилась холодной и совершенно недоступной».
1930 году дом моды разросся до колоссальных для того времени размеров, но дела стали идти хуже. Как и все остальные русские дома, «Итеб» настигла та же беда — неумение хозяйки вести дела. На плаву помогла удержаться коллекция 1931 года, которая соответствовала новой строгой моде. Журнал Vogue по достоинству оценил платья от «Итеб»: «Прямой силуэт расклешен книзу от локтя. Платья, пальто и костюмы с отстегивающимся меховым воротником очень строги». И все же эффект от коллекции был временным: тяжелая экономическая ситуация сказалась на платежеспособности многих клиенток, которые одна за другой начали отказываться от платьев «Итеб».
Бетти Буззард попробовала обратиться к спортивной моде, которая тогда только набирала обороты. Она начала шить костюмы для яхтенного спорта, гольфа, путешествий. Но и это не спасло «Итеб». Перед самым закрытием модного дома Феликс Юсупов предпринял попытку объединить «Итеб» и «Ирфе», однако ничего не вышло и из этой затеи. Мадам Итеб вновь превратилась в Бетти и была вынуждена пойти работать приказчицей в другой модный дом.
Автор: Дарья Лёгкая
Читайте также: