В статье Моя первая рок-группа я упоминал о таком явлении, как «вымышленная рок-группа». Это когда ясно кто играет, на каких инструментах, как это все называется, как будет называться первый альбом, а иногда даже и второй, но при этом никто на самом деле ничего и ни на чем не играет, нет материала, нет репетиций, в общем, нет ничего. Подобные проекты мне встречались не раз, но в основном это происходило именно в начале 90-х, когда в принципе все было сильно сложней, чем после. Просто пацанам очень хотелось быть рок-музыкантами, а как ими стать толком никто не знал. Да еще и неожиданно выяснялось, что дело это довольно дорогостоящее.
Не избежал этой участи и я сам. Еще до прихода в СВОБОДНОЕ МЕСТО (подробней об этом здесь Моя первая рок-группа)я уже имел собственный музыкальный проект, пока еще виртуальный. В те времена продавцы с книжных лотков на краснодарском Арбате уже дали мне прозвище Негодяй, и свой первый сольный проект я решил назвать в соответствии с этим прозвищем, а именно DIRTY SCOUNDREL. К тому моменту, когда я начал играть в ЭLЕГИИ (об этом подробней здесь Как (не) стать рок-звездой, часть 1), у меня уже было написано на бумаге аж два или три альбома неудержимо-бездарной музыки и песен, которые я бренчал дома на шестнадцатирублевой акустической гитаре отечественного производства. Естественно, все это было дико концептуально, но от того не менее глупо. К тому же на английском языке, который я тогда знал очень плохо, ибо уровень преподавания его в нашей школе, как я выяснил позднее, оказался хуже некуда.
До прихода в настоящую группу этот проект, слава богу, оставался виртуальным и раздражал только моих родственников, то есть маму и сестру. Но буквально спустя месяц после моего появления в СВОБОДНОМ МЕСТЕ у нас образовалась пауза в репетициях в связи с отъездом гитариста и вокалиста Леши Коваленко. И тогда при поддержке Аяврика и непосредственном участии нашего барабанщика Аркаши Полуэктова я и совершил эту ошибку, записав первый сольный альбом. Аяврик притащил кассетный магнитофон, какую-то отечественную стационарную деку типа «Яуза-220» или что-то похожее, и где-то еще мы взяли совсем жуткий переносной магнитофон, типа «Весна-202» или что-то из этой же оперы. У нас была Лешина гитара «Стелла», школьный «Бас-1», кажется пара микрофонов, возможно трамвайных, которыми нужно было записать барабаны, да и петь тоже необходимо было в один из них, ну и крайне примитивный пульт отечественного производства, который мы использовали для репетиций.
Напомню, на дворе 1992 год. Музыкальные студии в городе, возможно, где-то и были, но пока что мы об этом даже ничего не знали. И в любом случае, нам это было не по карману. Музыкального оборудования в современном понимании у нас тоже не было. В общем, мы решили использовать традиционный тогда метод наложения инструментов при помощи доступной нам бытовой техники, который использовали тогда многие музыканты. Принцип прост: берутся два магнитофона, в нашем случае они были кассетными, даже не катушечными, что делало качество записи сильно хуже. Далее все инструменты, которые задействованы в первом дубле, подключались к пульту и выстраивался, насколько возможно, их баланс. Затем мы играли и записывали эти инструменты на один из магнитофонов – в нашем случае на тот, который был лучше. Затем кассета переставлялась на другой, подающий магнитофон, который тоже был подключен к пульту, подключались инструменты для второго дубля, вновь отстраивался баланс, включалась запись первого дубля и вместе с новыми инструментами все это снова записывалось. Если требовалось, кассета из первого магнитофона снова переставлялась в подающий магнитофон, и далее производились те же самые манипуляции. Санитарной нормой на самом деле являлось не более одной такой перезаписи, ибо в дальнейшем качество первых записанных инструментов становилось все хуже и хуже, а баланс все менее контролируемым, ведь никакой возможности что-либо исправить не было: что записано, то записано. Но нас тогда, помню, это не особо останавливало, и мы кажется делали не меньше двух-трех наложений.
В общем, мы с Аркашей на скорую руку порепетировали в школьном актовом зале и там же записали первый альбом проекта DIRTY SCOUNDREL. Аркаша сыграл на барабанах, а я на басе, гитаре и еще к сожалению «спел». Там было что-то около 6-8 композиций, которые иначе как упражнениями трудно вообще-то назвать. То есть это и альбомом-то нельзя назвать, ибо все это длилось минут 20 или около того. Никакого внешнего оформления или распространения альбом не получил. Оригинал этой записи потом кто-то замылил, и я очень надеюсь, что копий его нигде не сохранилось. Хотя, справедливости ради должен заметить, что было по крайней мере несколько человек, которым все это безобразие вроде как даже нравилось, и я сейчас даже не имею в виду мою маму.
Самое страшное, что я продолжал писать и писать в рамках этого проекта. У меня копились какие-то материалы, которые увы, требовали их воплощения в звук, но слава богу возможности такие мне какое-то время не представлялись. Однако в конце 1993 года мой сосед, профессиональный трубач, дал мне поиграть какой-то простецкий синтезатор-самоиграйку, уже не помню какую точно. Инструмент этот, доселе мною невиданный, произвел на меня впечатление даже сильней, чем чайное ситечко на Эллочку-Людоедочку. Я увидел в нем большие возможности для чувака, который играть не умеет, но очень хочет, а главное хочет записывать музыку. В общем, снова были задействованы друзья, Аркаша и Аяврик, у которых я добыл два магнитофона. Кажется у Леши Коваленко я взял небольшой микшерный пульт, еще где-то добыл микрофон и записал таким образом в домашних условиях второй альбом. Собственно, я пошел по пути наименьшего сопротивления: включал зашитые в самоиграйку ритмы и, практически не умея играть на пианино, воспроизводил первым дублем гармонию, максимально простую, а вторым и третьим накладывал примитивные мелодические рисунки и голос.
Если сейчас не ошибаюсь, позже я записал тем же способом еще один похожий альбом. Судьба оригиналов этих записей в настоящий момент мне не известна. Скорее всего я их потерял в процессе своих многократных переездов с места на место и из города в город. Во всяком случае у меня в архиве их нет. И я очень надеюсь, что копий ни у кого не сохранилось. Это точно не тот материал, который я хотел бы видеть доступным сегодня.
Наверняка у читателя уже возник вопрос: а для чего ты все это рассказываешь, если все было так плохо? Отвечаю: а потому, что в итоге из этих моих ранних домашних экспериментов появился музыкальный проект, в рамках которого я работаю по сей день, большинством записей которого я по-настоящему горжусь, из которого впоследствии выросли и замечательная группа MINISTRY OF TRUTH, и мое самое новое детище, проект DIKTOFON. Называется он FAR FROM MIND.
Более подробно историю FAR FROM MIND я буду рассказывать в рубрике Дискография, начиная с 7 части.
Подписывайтесь на мой канал, чтобы не пропустить новые публикации, ставьте палец вверх, делитесь с друзьями.