Часть 6 Сокровища Агры
- Я вырос в бедном квартале Калькутты и с детства мечтал вырваться оттуда всеми силами. Но у бедняка практически нет шансов. Мы жили в грязных трущобах. Кроме меня у родителей было еще трое детей. Солнце никогда не заглядывало к нам, будто стеснялось нищеты. Так мне тогда казалось. Прямо из окон через узкую улицу вечно были натянуты веревки с серым тряпьем. Ни одна машина не заезжала в наши кварталы.
Мой отец рассказывал сказку про прапра…прадеда. И даже однажды показал его могилу на местном кладбище.
«Великий Могол» - крупица сокровищ Агры. Говорили, что, чтобы сосчитать все драгоценности, потребовалось бы четырнадцать лет. После смерти Шаха Джахана процветание Агры стало угасать из-за войн и грабежей.
Несколько человек, служивших у персидского Надир-шаха, завладевшего впоследствии Агрой, сговорились украсть часть драгоценностей. Они убили охрану, вынесли столько, сколько смогли и разбежались в разные стороны. Среди них был мой прапра…прадед.
Но ему показалось мало своей доли. Он нашел всех своих подельников, убил их вместе с семьями, забрал себе украденные сокровища.
Он часто любовался ими. Однажды сосед увидел и убил прадеда, обокрав его. Но нашел не все драгоценности, которые были спрятаны в разных местах. Жена прадеда вшила в его одежду остатки камней и похоронила предка вместе с ними, чтобы сохранить себе жизнь.
Отец говорил, что это сказка. Он не пытался даже проверить. Боялся, что нас всех убьют. Мы голодали, а рядом с нами лежали несметные богатства.
Когда я подрос, решил вскрыть склеп моего предка. Мы с другом ночью пошли на старое кладбище, которое теперь находится в черте разросшегося города. Взяли лопату, железный лом, фонарик. Было очень страшно, но желание выбраться из трущоб было сильнее.
Сдвинуть каменную плиту со склепа долго не удавалось. Ведь мы были слабыми и исхудавшими от голода.
Мой отец однажды рассказал мне про заклинание: «Бхав кугх кам киджийе мана хай». Мол, скажешь его, и оно поможет сделать тяжелую работу быстро и легко. Так это или нет, или желание найти сокровища придавало силу, но я тихо прошептал заклинание и плита поддалась. Мой друг был меньше меня, поэтому он полез внутрь через небольшую щель, а я светил ему фонариком.
Он долго копался внутри. Но собрал все камни, которые удалось найти среди остатков костей и истлевших в пыль тканей. Радостно подал мне увесистый узелок. А я… вместо того, чтобы помочь ему выбраться, ударил его железным ломом по голове. – Амит задумался и замолчал, уставившись себе под ноги.
- А потом с трудом задвинул крышку на место, похоронив под ней друга. Я даже не знал, живой он или уже умер. Закидал могилу землей и ветками, чтобы скрыть следы нашего пребывания там. Удивительно, что мародеры не разграбили склеп.
***
- А почему вы остались живы? – спросил Вацлав.
- Я тоже задавал себе этот вопрос. Думаю, что крови моего друга оказалось достаточно для камня.
Вацлав слушал рассказ Амита и воспоминания снова вспыхнули перед глазами.
Отряд выезжал из захваченного города. Уставшие кони медленно бредут, поднимая облака пыли. Утомленные всадники покачиваются в седлах в такт движению. Лошади всхрапывают и вскидывают понуро свесившиеся морды, проходя мимо лежащих вдоль дороги тел.
Сзади плетутся сотни обозов с награбленным богатством. Все самое ценное отдадут королевскому двору. Что попроще – себе.
Отряд выехал за ворота города, когда Вацлав увидел за деревом клочок красной одежды. Он дернул поводья, направляя туда верного друга. Конь беспокойно крутил мордой, переступал ногами перед молодой девушкой на земле. В ее груди торчал кинжал.
Наверное, была красивая, но теперь ее лицо было смертельно бледным и в пыли. Но внимание воина привлекло не лицо, а яркие камни, сверкавшие на шее.
Вацлав оглянулся. Конница ушла вперед, мимо, скрипя колесами, ехал длинный обоз в облаке пыли. Вацлав соскочил с коня, присел на колено перед девушкой. Поколебавшись несколько мгновений, он сдернул с шеи голубоватые камни в оправе из белого металла. Перстень с таким же камнем легко соскользнул с пальца уже холодной руки. Вацлав заворожено смотрел на украшения на ладони, отбрасывающие тысячи разноцветных искр в лучах заходящего солнца.
«Жалко, платье испорчено кинжалом и кровью, - подумал он, - оно было бы в пору Анне». Вацлав протянул руку к кинжалу, потом передумал и отдернул.
Воин, одетый в пыльный и забрызганный кровью костюм, поднялся с колена, сунул драгоценности в карман, и вскочил на коня. Жалости он не испытывал, если только самую малость. Война. Он мог быть на месте этой несчастной. Это с него могли бы сейчас снимать все украшения.
Он догнал отряд и присоединился к коннице.
Вот он снова мерно покачивается в седле в неровном строю и представляет, как вспыхнут радостью голубые глаза его беременной пятнадцатилетней жены, как он наденет ей на шею красивое колье с бриллиантами под цвет глаз. Как оно будет красиво смотреться на ее тонкой белой шее.
Анна действительно радовалась как ребенок. Она стояла пред зеркалом и улыбалась. Камни отбрасывали радужные искры на ее грудь и платье.
А потом его жена умерла. Когда он подошел к постели, где в сбитых и окровавленных простынях лежало маленькое тело Анны, на ее пальце сверкнул бриллиант. Вацлав не мог вынести холодного блеска камня. Глаза его жены никогда больше не вспыхнут светом радости и любви. Он не выдержал и выбежал вон.
Украшения Анны перешли к его новой жене Магде. Где они теперь? Кому достались после ее смерти?
«Бриллианты мстят, они убивают или делают из нас монстров», - вспомнил Вацлав слова Вишневецкого.
«А кто из нас монстр - я или Магда, которая отравила меня? На мне тоже кровь», - Вацлав уставился на свои руки, будто и правда хотел увидеть следы крови на них.
От мыслей его оторвал Амит, который продолжил свой рассказ.
***
- Когда я пробрался домой, уже рассвело. Я оставил два маленьких камня отцу. Я даже не знал, имеют ли они ценность или это просто стекляшки. Как и где отец будет их продавать, не накличу ли беду на семью, я не думал об этом. Я только хотел помочь им.
А сам сбежал из дома на другой конец города. Меня вряд ли кто мог найти или увидеть. Я устроился сначала мусорщиком, потом дворником в очень богатый дом.
Там я задержался. Хозяйский сын научил меня грамоте. И мне так понравилось учиться, что я…
- Извините, я отвлекся. В доме хозяина я встретил Вишневецкого. У них были какие-то дела. Когда узнал, что он разбирается в камнях, я подкараулил его в следующий визит и показал свои драгоценности. Помню, как дрожали мои руки, меня всего трясло от страха. Ведь это все, что у меня было. Он не посмеялся, не отнял их у меня, не прогнал. Он посмотрел камни и предложил купить их. Я расценил это, как удачу и не упустил ее.
Конечно, он спросил, откуда у меня драгоценности. Я наплел про наследство от деда. Он заплатил мне большие деньги за них. Так мне тогда казалось. Он уговорил хозяина дать мне рекомендации для учебы. Так у меня появилось достаточно денег на образование.
Самый большой камень я ему не показал, но описал его. Глаза моего благодетеля загорелись, он заинтересовался, выспрашивал. Я сказал, что у меня его нет, дед рассказывал. Он подтвердил, что это старинный очень ценный бриллиант. Просил показать его, не поверил мне.
***
- А где камень? Он у вас? – нетерпеливо прервал его Вацлав.
Амит внимательно посмотрел в холодные глаза молодого мужчины и покачал головой.
- Если вам нужен камень…. Я его не продал Вишневецкому, который помог мне выбиться в люди. Тем более вам не продам.
- А кто вам сказал, что я хочу его купить? – спокойно ответил Вацлав, и уголок его рта едва заметно дернулся.
Амит бесстрашно посмотрел на Вацлава.
- Я знаю о жестокости бриллиантов. Но мне он помогал. Это своего рода талисман. Моя жизнь с ним изменилась. И вы думаете, что я просто так расстанусь с ним? Вам придется убить меня.
- Вы готовы умереть ради бездушного камня? - усмехнулся Вацлав.
- Он убьет и вас, - прошептал Амит.
- Вряд ли. Я уже мертв. Я не боюсь. Хотя жить мне нравится. Нет. Убивать я не стану. Мне камень не нужен. А тот, кто ищет его, владеет способностью превращать людей в птиц. Какой птицей вы хотели бы стать? Полетите в Калькутту, сядете на плечо кому-нибудь из родных, поворкуете, песню споете. Если по дороге вас не пристрелит охотник. - Вацлав не был уверен, что у Мака хватит сил на превращение, но ведь индус не знает этого.
Глаза Амита испуганно забегали. Он не сильно верил словам молодого человека, державшегося уверенно и хладнокровно. Но от стального блеска его колючих глаз кровь стыла в жилах. Амит понял, что этот человек выполнит свою работу.
- Мне нужно подумать, - сказал Амит, не глядя на Вацлава.
- Бросьте. Вы же знали, что рано или поздно придет кто-то и отнимет ваш талисман. Не я, так другой, - спокойно сказал Вацлав.
Ему было жалко этого маленького человека. Но противиться воле Мака он не мог. Амит сник, ссутулился, склонил голову и запустил светло-коричневую руку в черные с сединой волосы.
- Он… в Индии. – Амит сделал попытку обмануть.
-Нееет. - Вацлав медленно покачал головой. - Вы бы не уехали, оставив талисман далеко от себя. Он у вас. Здесь. Покажите мне его. Я могу точно сказать, владеете вы «Моголом» или нет. Я обещаю, что не убью вас, не украду камень.
Продолжение следует