- Я всё знаю! – в голосе мамы зазвучали трагические нотки. – Ты связалась с каким-то бандитом! Девочка моя, беги от него со всех ног! Ты не будешь с ним счастлива, поверь мне!
Никита – бандит?! Вот, значит, как теперь выглядит ситуация со слов обиженного им Петра? Что ж, терять мне было уже нечего, и я решила довести этот театр одного актера до полного абсурда.
- Мамочка, дорогая моя, бандит сейчас стоит рядом с тобой! – заголосила я, копируя интонации родительницы. – Он опасен! Он преследует твою дочь в составе организованной преступной группы! А теперь переключился на моих родных! Немедленно вызывай полицию! Зови Гришку и Игната, укройся с ними в запертой комнате и не выходи, пока не убедишься, что вам ничего не угрожает! Когда спасетесь, напиши мне сообщение, чтобы я знала, что у вас всё хорошо! Прости, я в дороге, связь пропадает! Береги себя и семью! – я выждала секунду, убедилась, что с той стороны повисла недоуменная пауза, и с чувством нажала на кнопку отбоя звонка.
Интересно, будет перезванивать, или до маменьки наконец-то дойдет, что лечить меня уже поздно и бессмысленно? Как же она быстро-то с Петром успела общий язык найти! Сама перед своим мужиком мазохистку корчит, и ждет, что и я, на неё глядя, личную жизнь буду губить ради каких-то сомнительных уродов? Тоже мне, нашла игрушку! «Делай с нами, делай как мы, делай лучше нас»!
Да и Петенька хорош! Побежал жаловаться бывшей теще на нового парня её дочери! Жаль, конечно, что студия перед ними уже засвечена, да ещё и так быстро, но с другой стороны, постоянно переезжать в надежде, что эта компашка рано или поздно замучается меня отслеживать, плохой вариант. Что ж, Андрей прав: до отпуска и так сойдет. Продержусь уж как-нибудь оставшиеся пару недель в подпольном режиме. А если всё продолжится и после отпуска, то буду действовать уже жестко. Как минимум, донесу до Элеоноры Ильиничны простую и незамысловатую мысль, что проблемы с опекой ей ни к чему. А они непременно начнутся, если она не отзовет своего сына и не оставит попытки вернуть меня под свой диктат. Тем более что в мое отсутствие, готова спорить на что угодно, их квартира опять заросла грязью, в холодильнике тухнет еда с прошлой недели, а на кухне и балконе догнивают пищевые отходы, они же бесплатные удобрения для любимой дачки. Получить за такое предупреждение, как два байта переслать! И пусть бывшая свекровь трезво прикинет, что ей действительно выгоднее в такой ситуации: смириться с тем, что я ушла и не вернусь, или получить всевозможные неприятности в самом широком их спектре.
Второго звонка от мамы не последовало. Вот и отлично. Пусть они там с Петром перемывают мне косточки, пусть обсуждают моего кошмарного любовника-бандита (то-то Белка и парни посмеются), мне уже всё равно. Что-то во мне сегодня перегорело. И перегорело капитально. Когда тебя предают – это безумно больно. Но когда ты получаешь удар в спину от самого близкого тебе человека, хочется одновременно плакать, биться головой об стену и кричать на весь мир о несправедливости. Только… я уже взрослая девочка. Совсем взрослая. Еще полгода назад я бы, наверное, именно так и поступила. А сегодня я словно со стороны наблюдаю за всей этой возней, изнутри железобетонного кокона, куда нет доступа никому. Вы хотели испортить мне жизнь? Нет, господа, у вас это не получится. Я знаю, что такое свобода, и не готова её променять ни на что. Особенно на нотации и издевательства, которые вы готовы мне предложить в любой момент и в любом количестве. Нет уж, барахтайтесь сами.
Настроение смотреть сериал пропало, и я, чтобы не терять время впустую, открыла свой заветный список, достала дорожную сумку и принялась паковать вещи в отпуск. Да, знаю, что слишком преждевременно, но Я Так Хочу, и точка! После сборов я достала из ванной ведро и тщательно перемыла везде полы. Вытерла пыль с мебели, сменила постельное белье, запустила стирку и сочла, что после такого нервного дня мне, пожалуй, стоит расслабиться. Тем более, что завтра с утра на работу, да и вставать надо пораньше, чтобы сбить с толку Петра, если он захочет проверить, не соврали ли ему насчет моего отпуска. Поэтому я долго нежилась под душем, а потом надела свою любимую бесформенную футболку и, развесив свежепостиранное белье, отправилась в кровать.
Если я не улыбаюсь. Часть 54