Ефремов — это Ефремов, оборзевший ничуть не больше прочих лицедеев, клоунов и мимов. Которые, маленько очухавшись и стряхнув кокс с носов, с важным видом дают сейчас в телешоу оценки своему коллеге.
А бабуины — это мы. Жадно набрасывающиеся, обгладывающие и обсасывающие кость, которую нам бросили журналисты. Какое вакцинирование, какое чипирование и зомбирование, Бог с вами? Мы уже давно СМИшные зомби, мы привиты ТВ-пропагандой, нас дёргают за ниточки и вводят в транс бубном шамана. Не того, который изгонял дьявола из Кремля, а которому принадлежит ТВ и интернет. Кто сказал, что они четвертая власть — да они как хотят вертят народом, а значит, вертят властью.
***
Есть тысячи несчастных кошек, но если интернет напишет про одну — именно за этой счастливицей выстроится очередь показушно любвеобильных, лжедобросердечных граждан. Они понимают, что в это время страдают тысячи других безымянных кошек — но написали-то про эту. Тем кошкам помогать скучно и никто про вашу доброту не узнает, а этой распиаренной кошке, кошке- «звезде» — напоказ, это же круто.
В то время как тысячи бабуинов набросились на артиста с бабьим дряблым лицом — в эти самые минуты, сегодня, сейчас актёры, чиновники, депутаты, судьи и их детки втихомолку продолжают давить людей. Кто об этом слышал? Молчат СМИ — и послушно молчит стая бабуинов.
Покалечила сестёр мажорка Шавенкова — где мы все были? Кто с криком «Ату её, распни её» — требовал справедливости? Где резонанс? Где были сотни тысяч гневных комментариев? Где бьющиеся в истерики тысячи граждан? Какие сто миллионов откупных?
Бог с вами. И нынче бабуины поскачут, соскучатся, выпустят пар и разойдутся по диванам. В юриспруденции есть понятие «прецедентное право». Будь у нас это право — судьям хотя бы пришлось изображать видимость объективности. Но бабуинам не дано знать слово «прецедент», радуйтесь тому, что дают. Сахарная косточка "а-ля Ефремов".