Что же могут сделать с остальными?
Через четыре дня после внезапного ухода из эфира Андрея Норкина, чему многие (в том числе я) были свидетелями, в еженедельнике, считающем себя приличным, в рубрике «Культура и ТВ» вышла заметка под заголовком, который рядом с этими словами выглядел – как бы выразиться поинтеллигентнее – не слишком органично:
«Настоящий мужик не уйдет к зассыхе»: стала известна новая версия смерти Норкиной».
Автор заметки коротко объяснила, что сочла возможным привести слова, сказанные телеведущей в ее последнем телеэфире, и через два абзаца расшифровала вторую часть своего заголовка:
«Первоначально причиной смерти Юлии Норкиной называли инфаркт. Но позже появилась версия, что она покончила жизнь самоубийством. В сети ходят слухи, что недавно Юлия узнала: в жизни ее мужа появилась другая женщина».
Несмотря на то, что товарищи по журналистскому цеху (и даже певец Рома Жуков) вынуждены были попросить коллег прекратить «омерзительную вакханалию» по поводу трагедии, случившейся в семье телеведущего, я увидела еще заметок сто на тему любви-нелюбви, суицида и проч. В общем, народ, набранный через hh с условием выдавать не меньше 8-12 заметок в сутки с упоминанием скандалов и селебрити, честно отрабатывал свой хлеб.
Андрей Норкин вел себя сдержанно. Коротко делился тем, что считал нужным. Все читатели его страницы в соцсети, за исключением редких подонков, которым, без сомнения, гореть в аду, вербально подставляли ему плечо и призывали побыстрей вернуться в эфир. Так проще справиться с горем.
Когда минуло 9 дней, он поблагодарил всех откликнувшихся и написал – и это единственное, что можно и нужно было читать в это время:
«Я буду помнить ее такой - летящей и радостной. И я буду жить дальше. Надеюсь, жить счастливо. И у меня к вам большая просьба: «Будьте счастливы и запомните Юльку - летящей!»
Известный интернет-ресурс не смог пройти мимо. Там тоже сидели люди, подписавшиеся во что бы то ни стало выдавать на гора новости из жизни селебрити. Они разбили текст Андрея на куски, прокомментировали каждую фразу, а в заголовке сразу сообщили о том, что все мы (по их мнению) испытали, прочитав его маленький пост:
«Убитый горем Норкин ошарашил заявлением об умершей жене».
Убила бы, но не горем, автора сего творения уже за один заголовок. Но он не остановился, а сообщил ниже, что «Норкин не на шутку обеспокоил подписчиков странной публикацией». А как еще можно трактовать размещение снимка, где любимая женщина еще жива и счастлива? Это муж заметил, что на фото у нее руки-крылья. А журналист - только то, что сидит она за пляжным столиком.
Отреагировал корреспондент и на обещание Норкина жить дальше. И перед тем, как процитировать наши слова поддержки из комментариев под постом, проинтуичил, о чем мы думали:
«При этом чуткие подписчики поняли, что несмотря на попытки держать себя в руках, телеведущему приходится очень несладко. Смерть 52-летней Юлии Норкиной по-настоящему выбила журналиста из колеи».
И, давая ему возможность побыть в этой колее подольше, добавил лично от себя:
«Напомним, причиной внезапной смерти Юлии Норкиной, по официальными данным, стал инфаркт. Однако, по сведениям многих СМИ, на самом деле, журналистка покончила жизнь самоубийством, так как не смогла больше бороться со страшным заболеванием».
По сведениям многих СМИ... На самом деле... Хайли лайкли...
Поддержал, короче, как умел, собрата по медиа.
*************
В субботу появилось сообщение, что 15 июня Андрей выйдет в эфир.
Известно, что к передаче он готовится тщательно, мониторит сети и прессу. Наверняка, как и мы, увидел утром новость:
«Журналистка Юлия Норкина, которая ушла из жизни 4 июня в возрасте 52 лет, незадолго до своей смерти планировала уехать из России».
Те, кто не стал открывать саму статью, так и не узнали куда именно. А, между тем, там было указано, но до этого нужно было еще добраться:
«Как рассказала певица и близкая подруга покойной Мила Романиди, радиоведущая хотела этим летом отправиться с семьей в солнечную Болгарию».
Мила в этой публикации, кстати, обломила Елену Жукову, которая накануне рассказала куче изданий - на съемках «Пусть говорят» она «заметила, что в глазах супруги ведущего Андрея Норкина просматривалась печаль. Журналистка Юлия Норкина была замкнута и старалась натягивать улыбку на лице».
Издание, не спросившее Жукову, подробно цитирует Милу Романиди, которая при этом присутствовала:
«В гримерке долго разговаривали о жизни, хохотали. Я и подумать не могла, что вскоре случится такая трагедия! У нее были грандиозные планы. Она сказала, что ждет лета, чтобы поехать с детьми отдыхать в Болгарию. Без конца говорила о море!»
После того, как я просто завела в поисковик имя безвременно умершей журналистки, увидела разнообразие эпитетов, оценок, версий и представила себе, что это мой близкий человек, инфаркт - самое малое, что могло бы со мной произойти.
Но Андрей Норкин, как и обещал, 15 июня вышел в эфир. Спокойно и четко провел передачу. Ни слова не сказал в адрес тех, кто оттоптался на его горе.
Вообще не сказал ничего, что выходило бы за рамки профессиональной задачи.
Журналист.
А те, кто так ярко продемонстрировал цинизм и скудоумие, - позор нашего и так недружного цеха, давно неспособного даже на элементарную солидарность. О порядочности говорить вообще не приходится.