Барабанщик MÖTLEY CRÜE Томми Ли в недавнем интервью ответил на вопрос о том, кто повлиял на него из музыкантов: «Без сомнения, это Джон Бонэм, вы и сами можете это услышать в моей игре. Многие любят говорить о том, насколько тяжело он играл ногами, и как сильно он использовал рабочий барабан, но не так много людей говорят о его тарелках. На самом деле он не особо играл на тарелках, но когда он играет, кажется, что он всегда выбирает правильный момент для того, чтобы их использовать. И вы можете услышать это в студии — там есть микрофоны для тарелок, с сильной компрессией, так что когда он всё-таки бьёт по ним, это [звучит грандиозно]. И если бы вы делали так всегда, то звучание было бы очень грязным. Но у него действительно была удивительная способность выбирать, когда именно ударить, когда ему была нужна эта мощь и этот грандиозный [звук тарелок]. Это как раз то, о чём многие люди не упоминают. Кроме его потрясающего чувства ритма и грува, чувак, — то, как он вальяжно работал на скоро
Барабанщик MÖTLEY CRÜE Томми Ли в недавнем интервью ответил на вопрос о том, кто повлиял на него из музыкантов:
«Без сомнения, это Джон Бонэм, вы и сами можете это услышать в моей игре. Многие любят говорить о том, насколько тяжело он играл ногами, и как сильно он использовал рабочий барабан, но не так много людей говорят о его тарелках. На самом деле он не особо играл на тарелках, но когда он играет, кажется, что он всегда выбирает правильный момент для того, чтобы их использовать. И вы можете услышать это в студии — там есть микрофоны для тарелок, с сильной компрессией, так что когда он всё-таки бьёт по ним, это [звучит грандиозно]. И если бы вы делали так всегда, то звучание было бы очень грязным. Но у него действительно была удивительная способность выбирать, когда именно ударить, когда ему была нужна эта мощь и этот грандиозный [звук тарелок]. Это как раз то, о чём многие люди не упоминают. Кроме его потрясающего чувства ритма и грува, чувак, — то, как он вальяжно работал на скоростных моментах, и обратная сторона его игры... Это же деньги. В первый раз, когда я это услышал, я никогда этого не забуду. Я просто сидел и, должно быть, прокрутил "Physical Graffiti" девять миллионов раз, просто буквально крича: "Господи, послушай этого чувака."
Потом были и другие... Томми Олдридж [OZZY OSBOURNE, WHITESNAKE] был ещё одним изх тех, кто повлиял — его шоу-часть, вращение палочки, захват тарелок, и всё в таком духе. Tommy определённо был из таких. И в чистом виде как метроном — Фил Радд [AC/DC]. Чувак, этот парень как живая барабанная машина. Я к тому, что можно было засекать его работу, и готов поспорить, он не просто не двигается — он настолько твёрд. Так что есть разные парни для разных вещей, но меня вдохновляли многие барабанщики. И я мог бы рассказывать о них всех часами [смеётся]».