В отличие от своей родины — Италии, футуризм в России не сложился в движение с общей программой и стратегией действий.
Несколько литературных и художественных группировок, постоянно враждовавших друг с другом и оспаривающих звание истинных футуристов, не могли составить единый фронт нового искусства. Не было в России и общепризнанного вождя: ни Хлебников, ни Маяковский, ни Ларионов, ни Бурлюк не могли считаться создателями и вдохновителями русского футуризма.
Первые программные декларации русского футуризма появляются в 1912 году, хотя некоторые участники этого движения располагают дату своего появления и раньше. Так, Давид Бурлюк указывает, что слово «футуризм» для определения своей деятельности русские поэты и художники начали использовать с 1911 года.
В январе 1912 года Игорь Северянин (первым использовавший слово «футуризм» в своем сборнике) и Константин Олимпов выпустили листовку-манифест «Скрижали Академии эгопоэзии (Вселенский футуризм)».
Два положения раскрывали основы эгофутуристической программы. Первое — расширение границ языка. Второе — утверждение в качестве символа своего объединения треугольника как знака вечности.
В декабре того же 1912 года группа «Гилея» выпустила сборник стихов и статей «Пощечина общественному вкусу». Манифест, открывавший его и подписанный Давидом Бурлюком, Алексеем Крученых, Владимиром Маяковским и Велимиром Хлебниковым, своей наступательной интонацией и резкими полемическими выпадами против литературных врагов вполне отвечал всем канонам футуристических деклараций.
Михаила Ларионова можно считать самым футуристическим русским живописцем. Среди его соратников Илья Зданевич — поэт, художественный критик и теоретик нового искусства, один из лучших знатоков итальянского футуризма.
В группе Ларионова интерес к футуризму также проявляли Наталья Гончарова, Михаил Ле-Дантю, Александр Шевченко. В ларионовской группе будущников наиболее четкую формулировку получила концепция восточных корней русского футуризма, определивших своеобразие его эстетики.
Летом 1913 года в журнале «За 7 дней» появилось сообщение о «Первом Всероссийском Съезде Баячей Будущего (поэтов-футуристов)». Декларация съезда объявляла о создании театра «Будетлянин», открывала перед футуристами новую сферу деятельности. В декабре того же года в петербургском театре «Луна-парк» футуристами были осуществлены две знаменитые постановки «Трагедия. Владимир Маяковский» и опера «Победа над Солнцем».
В сентябре 1913 года московская пресса активно обсуждала нашумевшую прогулку по Кузнецкому мосту футуристов Ларионова и Большакова с раскрашенными лицами. В конце года в журнале «Аргус» был напечатан «Манифест футуристов. Почему мы раскрашиваемся», подписанный Зданевичем и Ларионовым.
В 1913 году при участии Ларионова и Гончаровой осуществляется постановка первого (и единственного) футуристического фильма «Кабаре № 13».
В 1914 году начинается знаменитое турне футуристов (Бурлюк, Маяковский и Каменский) по городам России. Лекции и диспуты, с которыми выступали будетляне, режиссировались ими как своеобразные театральные спектакли.