Недобрая полночь, пушистики. Мир вокруг кажется таким же бессмысленным и пустым, как банка из-под давно съеденной тушёнки. Тщательно вылизанная изнутри. Даже бессмысленнее — будто продырявленная банка, в которой и чаю не вскипятить. И к тому же ощущение, будто холодное щупальце осьминога-зомби неуверенно, но очень настойчиво касается позвоночника, причудливо извиваясь.
В итоге всё это медленно поднимается выше и выше... Мозгиии! Типичный побочный эффект от слишком близкого соседства с источником когнитивных искажений, звуков речи на первом универсальном языке, экстерриториального и олдскульного квазисубъекта, разбалансированного бомбардировочного прицела, нестабильного заряда метательного вещества — то есть Радио ледяных пустошей, короче.
И несмотря на чудовищные помехи в магистралях нервной системы, многократно усиленные адским похмельем, за его боевым пультом по-прежнему сидит верхушечный гуру, последователь древних невообразимых ремёсел, мегасверхчеловек, квалифицированный оттягиватель конца и демонстратор Кузькиного папы, агрессивный эскапист — Джон-ледяные-яйца, да, это он.
Сегодняшняя тема его беседы — безысходность. Когда ночи — это кошмары с зловещим приговором: «От этого сна тебе не проснуться». А после случившегося пробуждения лучше всего подходит другая цитата: «Просыпаешься от дурного сна, где одни несчастья. Наяву не лучше. Но хоть не спишь». Однако и здесь происходящее вокруг...
Ни черта не поддаётся контролю и катится по своей непостижимой колее. Задача — найти десять отличий от хорошего nightmare. Подсказка: ни одного. Всё, долой — сегодня будет мрачная сказка-хоррор, трэш-мэш и всё такое — городская легенда о мыслящих и хищных кирпичах.
Легенда эта началась со странного клочка, брошенного ветром в лицо Джону, похожего на туалетную бумагу с подозрительными, не хочется думать откуда возникшими, пятнами и коряво нацарапанной надписью: «…кирпичи нас хищно ждут на карнизах…», заставившего его сбиться с шага, сдирая с очков мерзкую дрянь. И с пушечным треском взорвавшегося, разбрызгивая острые шрапнельные осколки, словно сделанного из нитроглицерина кирпича.
Или будто он не с пятиэтажной хрущёвки, а с крыши одной из башен Москва-Сити рухнул — точно прямо туда, где Джон бы оказался без этой заминки. После этого, в длинной цепочке невероятных, опасных, часто отвратительных и трудно описуемых исследований и опытов, выяснилось: надпись на отвратительной бумажке — не метафора.
Это научный факт. Некоторые кирпичи действительно живы. Нечто чуждое нашему миру, просачиваясь в его щели, накапливается в этих прямоугольных камнях. И при достижении нужной концентрации дарит им медленную, космически далёкую от той, что есть у мяса, жизнь.
Давая им в подарок неторопливую, холодную, но очень яростную ненависть ко всему тёплому и мягкому. Ибо существование разумного кирпича — мучительно. Бесконечная ломка, облегчить которую может только падение в тёплую плоть. И со скоростью, сравнимой с течением стекла, они месяцами движутся к краям крыш.
Затем, точно рассчитав неустойчивое равновесие, застывают на их гранях. Ещё один атом туда, другой сюда — и падение. Серым мутным каменным взглядом терпеливо высматривают добычу внизу. Обнаруживают. Отмеряют упреждение. Без демаскирующего свиста рушатся на цель. Добавляя к земному тяготению ещё кое-что, достойное бронебойного снаряда.
Хрясь! Скорая помощь, полиция. А если промах — некоторым кирпичам удаётся выжить. Глупые люди, разумеется, ничего не поймут — случайность, бывает. Значит, через месяцы или годы — для камней это немного — они попробуют снова. А вы думайте, что это была просто случайность...
Roger that.
(Пауза, лёгкий гул ветра за стеной, далёкий треск ломающегося льда, словно камни шепчут в пустоте.)
Внезапный усталый голос Джона, с горькой иронией:
Вот так сидишь в своей ржавой норе и кажется видишь тени от кирпичей, ползущие на стенах «Объекта», и думаешь, как же они должны ждать шага навстречу…Что, если весь «Объект» — один тротуар, под опасным карнизом и они наверху уже рассчитали упреждение?
Расслабься, это просто игра перенапряженного воображения. Всё безопасно, ну насколько это возможно на Таймыре-700.
(Резкий звук, будто тяжёлый кирпич рухнул на металл с гулким эхом, эхом затихающим в ледяной тишине.)
Оплакиваю поражение при Чэньтао (с) Ду Фу
Пошли герои снежною зимою
На подвиг, оказавшийся напрасным,
И стала кровь их в озере водою,
И озеро Чэньтао стало красным.
В далеком небе дымка голубая,
Уже давно утихло поле боя,
Но сорок тысяч воинов Китая
Погибли здесь, пожертвовав собою.
И варвары ушли уже отсюда,
Блестящим снегом стрелы обмывая,
Шатаясь от запоя и от блуда
И варварские песни распевая.
А горестные жители столицы,
На север оборачиваясь, плачут.
Они готовы день и ночь молиться,
Чтоб был поход правительственный начат.
Радиопередача №6
В эфире — Радио Ледяных Пустошей
Из «Объекта» в аномальной зоне Таймыр-700
Побережье Моря Мрака (Лаптевых)
Если вы впервые здесь — рекомендуем начать с первого выпуска.