Раз, два, три... Раз, два... Контакт!
По глади эфира, слепо шаря по сторонам в поисках тёплых и живых существ, начинает разбегаться сумеречная, тоскливая волна цвета индиго.
При длительном взаимодействии вызывающая отмерзание некоторых сегментов большой коры и необратимые изменения в восприятии мира.
И сейчас, похоже, она наткнулась на чей-то неосторожный радиоприёмник — гостеприимно приоткрытую дверь.
Незакрытое бронированными ставнями окно.
В общем, возможность перейти из потенции в кинетику, и стремительно ввинчивается, наполняется плотностью, разбухает и разрастается, фонтанирует щупальцами-протуберанцами, оформляясь в рептильно-хищное, имморальное, ноуменальное, декадентски-токсичное и неполиткорректное нечто — Радио Ледяных Пустошей.
Разумеется, здесь и неотделимый от него, как сиамский близнец, сжимающий потной и подрагивающей рукой микрофон, как дед противотанковую гранату — несгибаемый эскапист, острый, как обсидиановый нож, ум, прирожденный гений анализа, звезда волков и полярных медведей тактического звена — Джон-ледяные-яйца.
Не надо оваций.
Итак, приспело время для регулярной пси-деструктивной беседы с аудиторией воображаемых друзей у (нужное подчеркнуть) камина, печки-буржуйки, со стаканчиком односолодового виски, пузырем картофельного самогона.
Увы, приходится самокритично отметить — есть на этом фронте проблемы.
Стал Джон как-то картонно-показушно мрачен. Никакой глубины.
Хеллоувиновская попса имени группы «Агата Кристи». Ужасные ужасы, понимаешь. Бууу! Тьфу.
А ведь так хочется рубануть по-взрослому, как маэстро Лавкрафт.
Чтоб некоторые слабые души катапультировали завтрак, не успев подумать о белом санитарном друге.
Ну или хотя бы в стиле «Призрака»:
«Раз, два, три... Раз, два... Контакт!»
"— К нам подкрадываются! — вкрадчиво прошептал Ксенобайт на ухо Махмуду, перетекая ему за спину. — Бесшумно, как тени, они скользят вокруг, сжимая круги, чтобы броситься из мрака, вонзить мелкие, острые зубы в горло ничего не подозревающей жертве, впрыснуть ей в кровь яд, а потом…" (с) Призрак
Нет, не хватает пороху для реально забористой страшилки.
Где бы разжиться земснарядом для углубления души?
Порядочно занесло её илом, и судоходна она только для мелких, плоскодонных и пластмассовых мыслей.
Что ж, не срастается с хоррором — будем без затей и вычурности депрессовать.
Вот уж с чем проблем не намечается — всё вокруг до крайности располагает.
Такой себе, как бы атомный ледокол.
Вмерзший в ледяную толщу в самой середине Южного океана.
Избыток электросвета, сетей связи, виски, самогона, классического абсента и безысходности, пушистики.
Кстати, не надоело вам ещё обращение «пушистики»?
Джону вот, например, дьявольски надоело, ненавижу.
Но есть такая штука — мономания.
Тынц! И фокус внимания защелкивается на чем-то крепче, чем челюсти питбуля на неудачливом горле. Всё.
Теперь избавиться от этого можно только вместе непосредственно с мозгами.
Это сильнее меня, это сильнее вас, это сильнее, чем кит, это сильнее, слон.
Это чертовски, инфернально, запредельно мощно, пушистики!
<демонический хохот за кадром>
Кажется, где-то утверждалось, что Джон — псих безопасный.
Итс буллшит — полная ложь.
Просто много-много лет назад в одном медицинском заведении решительно кончились деньги на содержание и уж тем более лечение контингента скорбных разумом постояльцев.
В результате «оптимизации» тех из них, кто вроде как на людей на улицах явно бросаться не был склонен, с пинка выставили за высокие, поверху обмотанные колючкой ворота.
Великолепная экономия скудных средств, ассигнуемых тогда психиатрии.
Большая, надо сказать, была ошибка в отношении Джона.
Хотя вот Петрович до сих пор же жив... Хм, а в принципе, приемлемо получилось.
Ну и немного своих гениальных рифм на прощание.
Roger that.
(Фоновый шум — треск ледяных трещин, скрежет металла под тяжестью вечной мерзлоты, далёкие, нечеловеческие голоса, переговаривающиеся в статике.)
Голос Джона — хриплый, с горькой усмешкой и усталой решимостью:
«Это не радиопередача. Это крик, которому лучше бы остаться не услышанным. Это последняя искра сдыхающего генератора. Каждый раз последняя. Невозможно много раз. А потом всегда включение аварийного питания, и система переподхватывается. Возможно, ужасный конец и лучше ужаса без конца, но должностная инструкция и контракт против. Так что продолжение шоу следует. Наверное.
Я просыпаюсь поздно утром
И чувствую железной кожей,
Наш мир скрипит и скоро рухнет,
И в шестерни я втянут тоже».
(Звук ломающегося льда, резкий вой ветра — и внезапная, абсолютная тишина. Как будто кто-то выключил передатчик... Или, нет лучше не думать что ещё)
Радиопередача №5
В эфире — Радио Ледяных Пустошей
Из «Объекта» в аномальной зоне Таймыр-700
Побережье Моря Мрака (Лаптевых)
Если вы впервые здесь — рекомендуем начать с первого выпуска.