Решение стать мусульманкой в судьбе Хюррем стало поворотным. Благодаря ему она сумела добиться для себя в гареме таких преференций, что обычным наложницам даже не снились. В сериале все выглядит так, как будто желание сменить веру пришло ей в голову совершенно случайно. Она как бы между делом просит об этом султана Сулеймана.
Кому молилась дочь христианского священника
На самом деле Хюррем наверняка заранее все обдумала и просчитала. И хорошо знала, на что идет. Ладно еще, если бы подобное желание озвучила какая-нибудь другая наложница... Но Александра, как мы знаем, родилась и выросла в семье священника. А это значит, что ее с пеленок воспитывали в любви к Христу. Взять и просто так отречься от бога, которому служил ее отец, - прямо поступок из категории "из ряда вон", Тем более, что отца девушка очень любила. И даже в свое время собиралась мстить проклятым османам за него и за всю свою потерянную семью.
Хюррем была глубоко верующей. В первых сериях показано, как она украдкой молится, держа в руках чудом сохранившийся нательный крестик. Но впоследствии ее молитвы становятся совершенно другими: крестик непонятно куда исчезает, а к Богу Хюррем обращается, сидя на коленях, как положено настоящей мусульманке. Однако молится все так же горячо и искренне.
Никакой дискриминации
Принять ислам Хюррем решила совершенно добровольно, ее никто к этому не принуждал. В султанском дворце вообще не наблюдалось к обычным наложницам никакой дискриминации по признаку вероисповедания. Девушки могли совершенно спокойно придерживаться своей религии - для повелителя не имело значения, в какого бога они верят. Напротив, если бы они все были мусульманками, это повлекло бы для султана лишнюю головную боль: на мусульманке нужно жениться, нужно родниться со всей ее семьей, нужно учитывать ее права и статус. А с рабыней проще: разонравилась - проваливай.
Никуда не денется - непременно женится
Какой бы умной и расчетливой Хюррем ни была, она все-таки вовсе не сама пришла к мысли стать мусульманкой. Гениальную идею ей подал Сюмбюль. Это произошло, когда Хюррем обратилась к евнуху за советом, намекнула ему о своем желании "стать госпожой" и попыталась дать взятку. Он так ей и ответил: "Прежде всего, нужно принять ислам! Неверная никогда не будет госпожой!".
Хюррем - девушка понятливая. Вот в тот момент она, видно, и просчитала все свои дальнейшие шаги. Ведь ей "светила" не только благосклонность Сулеймана. Появлялся и реальный шанс стать в дальнейшем его законной женой, чем она не преминула воспользоваться.
На руку Хюррем потом сыграло и то обстоятельство, что Сулейман подарил ей свободу. Прогрессивно настроенный султан не хотел, чтобы его любимая женщина оставалась рабыней. Свободу-то у него Хюррем особо не выпрашивала, но, как только получила, так и воспользовалась. Она выдвинула хитрый аргумент: я, дескать, теперь свободная мусульманка, а потому имею полное право отказаться от хальветов. Да и вообще могу сама решать, как мне жить, и что мне делать. А вот к такому повороту событий султан оказался не готов. Он слишком любил свою Хюррем и не представлял уже себя без нее (хоть, по сериалу, и позволял себе интрижки с другими женщинами). Пришлось жениться.
Поверила всем сердцем
Несмотря на то, что Хюррем изначально приняла ислам буквально из меркантильных соображений, впоследствии она, похоже, действительно прониклась этой религией. Во многих кадрах "Великолепного Века" мы наблюдали примерную мусульманку, которая обращалась к Аллаху в непростых ситуациях - и почти всегда получала помощь свыше. Например, когда молилась о здоровье Сулеймана.
Даже пребывая в бессознательном состоянии после драки с Махидевран Хюррем шептала мусульманскую молитву. Из чего Сюмбюль и Нигяр сделали вывод, что она действительно стала мусульманкой. Ведь не могла же она в таком состоянии притворяться и лицемерить. Значит, на тот момент она уже реально уверовала в Аллаха всем сердцем.
К поступку Хюррем (то есть к смене веры) можно относиться по-разному. Напомним, что по тем временам вероотступничество в христианстве считалось большим грехом. Люди очень часто в разных обстоятельствах вставали перед дилеммой: жизнь или Бог. И в большинстве своем выбирали Бога, потому что не могли иначе. Мировоззрение и нравственные устои не позволяли.
Хюррем же перед выбором никто не ставил. Она сама его сделала. Потому что очень хотела жить. Шансов сбежать из османского дворца не было никаких - оставалось только приспосабливаться.