Что-то мне подсказывает: угрожавший гражданину сфабриковать в отношении него уголовное дело и подбросить наркотики росгвардеец, далеко не первый раз использует подобный формат общения. Уж очень уверенно себя вел, судя по записи. И, согласитесь, только по счастливой случайности факт угрозы и превышения полномочий стал достоянием как общественности, так и командования Росгвардии.
Что интересно, росгвардейца не пугала возможность гражданина обратиться во внутреннюю службу безопасности МВД и сообщить об угрозах в свой адрес. Верно, не боялся. В самом деле – доказательств-то, вроде, нет. О видеокамере он не знал.
Но вот мне кажется странным, что угрозы тюрьмой закончились увольнением. То есть были просто превышены полномочия, но никакого преступления совершено не было. Так, что ли? Угроза гражданина тюрьмой путем подбрасывания наркотиков – не преступление?
Если нет, то сколько ж у нас таких «молодцов» по городам и весям в форме расхаживает, подобным образом общаясь с гражданами и чувствуя собственную безнаказанность? Ибо не у всех же граждан дома видеокамеры установлены.
Примечательно, что в Росгвардии не то чтобы оправдали поведение бывшего уже коллеги, сколько попытались объяснить его поступок: прибыл на вызов женщины, воспитывающей сына-инвалида (то ли она сама инвалид) и, оказывается, также воспитывает ребенка, страдающего тем же заболеванием. Вот и не сдержался.
По-человечески понятно, даже больше того: если потерпевший хамил женщине-инвалиду, то внутренне, эмоционально, я на стороне росгвардейца. Но эмоции эмоциями, однако облеченный властью сотрудник совершил противоправное действие, согласитесь. И должен ли, по Вашему мнению, отделаться только увольнением?
Если Вам понравилась статья — подписывайтесь на мой канал.
Игорь Ходаков