Нартай спрыгнул из вагона и пошел, гремя котелками в сторону кухни. Сегодня была его очередь принести пищу. Там уже собралась морская братва, которая как всегда балагурила и травила шутки в ожидании приема пищи.
Станция Бологое - прочитал Нартай на вывеске железнодорожного вокзала.
Вот куда занесло нашу бригаду - подивился про себя бывший моряк рыболовного траулера "Коммунар" Аральского пароходства.
Отстояв свою очередь и получив горячую пищу и мешок сухпая на свое звено стрелков Нартай возвращался к своему вагону, где его уже ждали голодные товарищи. Они бы и сами побежали за едой, но был строгий приказ командира бригады Константина Сухиашвили отсылать на кухню только выделенного бойца, чтобы не создавать столпотворения.
Навстречу ему шла женщина лет 40 с маленькой девочкой лет 6, которую она держала за руку.
Проходя мимо Нартай услышал как женщина прошептала "Раз вагончик-два вагончик будет поезд". Нартай удивленно обернулся и женщина перехватив его взгляд с улыбкой сказала ему -
Вот песенку сочинила для дочки. Под бомбежкой были, она испугалась и теперь вот успокаиваю ее постоянно. Придумываю песни!
Нартай не зная почему устыдился и опустив котелки на землю достал из кармана кусок сахара, припрятанный с ужина. Протянул его девочке, и она спокойно глядя на него взяла его. Нартая что-то удивило во взгляде девочки, но времени подумать над этим не было и он пошел своей дорогой, а женщина с ребенком (видно беженцы - мимоходом подумал краснофлотец) своей.
Нартай вспомнил сколько он уже видел таких бедолаг, бегущих от войны и пожалев их подумал:
Всех не пережалеешь! Война идет!
И только вечером, Нартай шагая в колонне, понял почему он удивился взгляду девочки.
Это не был взгляд голодного человека!
Нартаю то было хорошо известно чувство голода, когда в 30-е его семья перебралась к Аральскому морю, убегая от голода в казахской степи. Там он и стал рыбаком, а потом моряком рыболовного траулера.
А в это время под Старой Руссой, в штабе 30-й пехотной дивизии ее командир генерал пехоты Курт фон Типпельскирх читал донесение от полевого агента абвера "Эльза":
В ходе фланкирующего наблюдения на железнодорожной станции Бологое установлено, что в район Старой Руссы из Бологого выдвигается 75 морская стрелковая бригада в полном составе. Состоит из курсантов Бакинского морского училища и моряков Аральского морского флота. Моряки хорошо обучены, хорошо укомплектованы обмундированием и оружием. Бригада сформирована в Казахстане, в городе Казалинск Кызылординской области.
Курт вспомнил этого агента - бывшую российскую дворянку, сбежавшую с семьей после революции. Он дал добро на ее заброску перед войной в СССР, когда он сам был начальником разведывательного управления генштаба вермахта.
Хороший агент, ненавидит большевиков - вспомнил фон и почему-то вспомнил также что у нее не было детей.
Он не знал, что агент "Эльза" использовала для прикрытия дочку командира советской пограничной заставы, попавшей к немцам в первые дни войны. Он разведчик старой "рыцарской" школы даже представить не мог что можно использовать детей для добывания информации.
А вот его преемник на посту начальника разведки вермахта смог и даже написал целую главу в новой книге для разведшколы о том как использовать детей. И мог бы много рассказать об этом своему учителю - старому разведчику Курту.
Но преемник не стал бы рассказывать этого своему бывшему патрону, которого он считал излишним моралистом и даже недотепой. А то как бы Типпельскирх оказался бы в России, на должности командира пехотной дивизии, поменяв свой теплый берлинский кабинет на суровые и морозные российские просторы?