Новороссийск, Краснодарский край. Временный штаб гражданской обороны
2 ноября 2017 года. 18:27
— Пропусти, часовой, — ехидно ухмыльнулся светловолосый парень в гражданской одежде.
Не отвечая, боец Росгвардии лениво сканировал стоящего перед турникетом посетителя. В последние дни таких было много. Подростки-альтруисты, рвущиеся в бой, умники, решившие, что знают, как спасти человечество, и, конечно же, любители пожаловаться на произвол военных. Самая неадекватная категория граждан. Одним на газон установили станцию РЛС, и она облучает их радиацией, других пугает шум военной техники за окном. Эти придурки до сих пор не понимали, что идет полноценная война.
— Солдатик, — ласково прошептал белобрысый, — отвори дверцу, а то отправлю улицы патрулировать.
Не меняя выражения лица, боец положил руки на цевье автомата.
— Вас нет в списках, господин Соловьев.
— А ты отправь запрос, часовой, — улыбка медленно сползала с лица посетителя, — не мне тебя учить протоколу.
Вбив фамилию в консоль, солдат невозмутимо продолжал изучать стоящего перед ним человека. Худощавый, не более тридцати лет, на носу следы от очков. Видимо, недавно перешел на контактные линзы. Странные бегающие глаза, в другой момент часовой посчитал бы это подозрительным, но сейчас этот эффект наблюдался у многих.
— Товарищ полковник, с прибытием, — из-за спины появился дежурный офицер, — следуйте за мной, я провожу.
Нахмурив брови, часовой посмотрел на экран. Напротив фамилии посетителя красовалась непонятная маркировка «N». Слишком молод для полковника. Самодовольно хмыкнув, белобрысый похлопал его по плечу.
— Благодарю за службу, солдат.
— Мы ждали вас через четыре часа, — пояснил дежурный после того, как за ними закрылись двери лифта. — Не хватает опытных кадров, полнейшая неразбериха.
Спустившись на четыре уровня ниже, они вышли в узкий коридор из монолитного бетона. Тусклые фонари советской эпохи и толстые связки кабелей, протянутые по стенам, были единственным украшением этого места. Через три пропускных пункта и двести метров бетонного лабиринта, они подошли к стальным дверям командного пункта.
— Дальше без меня, товарищ полковник, — отдав честь, дежурный двинулся в обратный путь.
Загадочный гость подошел к консоли управления. Положив ладонь на сенсорную панель, он ввел шестизначный код.
«Неверный пароль», — прогрохотали динамики над головой, и в мерцающем свете красных огней показались стволы пулеметов. Чертыхнувшись, посетитель ввел повторный пароль.
«Доступ разрешен».
Массивные двери начали со скрипом раздвигаться. Первыми показались стволы настороженной охраны. Решив не искушать судьбу, белобрысый послушно поднял руки вверх.
— Отставить, — скомандовал появившийся в дверном проеме офицер с погонами генерала. — Полковник Соловьев, следуйте за мной.
Проводив его в угловой кабинет, генерал указал ему на кресло и сел за громоздкий письменный стол в углу комнаты. Минуту он молча разглядывал своего посетителя.
— Вы молоды.
— Я могу больше, чем старики, — заносчиво парировал Соловьев.
— Например, забыть секретный пароль?
— Математика не моя сильная сторона, товарищ генерал, — наклонившись вперед, раздраженно процедил полковник, — я биолог. И если бы не ваша долбаная секретность, то давно бы стал нобелевским лауреатом.
— Знаю, знаю, — раздраженно отмахнулся генерал, — мне сообщили о вашем прибытии, но ни слова не сказали, в чем я должен содействовать.
— Генерал Руденко, — в глазах посетителя вспыхнул фанатичный огонь, — я прибыл для организации секретной лаборатории. Мир изменился. Зараза так быстро преображает окружающую флору, что мы не сможем ее сдержать. Мы рассматриваем альтернативные способы ведения войны.
— Поясни-ка мне, пацан, — тяжело дыша, генерал посмотрел на ученого, — ты собираешься препарировать животных под моим прикрытием?
— Они растут, регенерируют, изменяются, — глаза Соловьева подернулись мечтательной дымкой, — они становятся лучше. Мы тоже должны стать лучше. Я разгадаю их секрет! А вы мне поможете. Только вы неверно поняли смысл моего задания, Руденко. Испытания будут проводиться на людях...
