Силится Бог, но не может услышать, никак. Просит у Бога любви скоморох,
Одиночества просит придворный палач.
И если б он смог, он, конечно, помог,
Но как разобрать – смех или плачь. И довольный Господь своей тишиной,
Закрыл кабинет и не тронул перо и листок,
Лишь перед сном он читал и писал Книгу книг,
И оставил в помарках несколько строк.
Шторма просит буревестник,
Легкого бриза просит рыбак,
И эти молитвы остались на месте,
Силится Он, но не может услышать, никак.