Вчера поговорили о новой книжке Григория Борисовича Юдина об общественном мнении. Перед уважаемой публикой я предстал в роли эксперта, в ряду других не менее уважаемых коллег. Экспертность в наших краях определяется через должность, наличие текстов, наглый и придурковатый вид. У меня всего в избытке, что и позволяет считать себя человеком знающим и достойным для пояснения другим, в чем суть их заблуждений.
А уж если я питаю к чему страсть, так это к пояснениям и поучениям. Учить себя самого – дело полезное, но ещё более полезное, пожалуй, и важное – учить других, и кстати, последнее куда легче. Не нужно недоумевать перед незнакомыми словами, с которыми сколько не знакомься на ты не будешь. Репрезентативность, плебисцитарный характер, легитимация, реификация и объективация – много чего ещё, что отсылает к текстам, которые сам не писал, а если бы и писал, тут же бы и забыл о чём.
Нет, конечно, пока сидишь в библиотеке, мусолишь книжки, копируешь цитаты, делаешь выписки, всё помнишь, обо всем имеешь мнение, точнее понимание. Можешь много чего рассказать и о демократической концепции старика Руссо и о буржуазной концепции философов просвещения, упомянуть Шумпетера, Вебера и Лукача, покритиковать опросы, репрезентирующие волю народа и пожурить полстеров, убежденных в своем призвании зеркала или градусника, кому что ближе, по плодам или болезням. Можно много чего, но оказываешься на улице или у телефона, лицом к лицу или ухо к уху с тем самым репрезентантом общественного мнения, и всё понимание в пыль.
– Почему в первую очередь, вы в течение последних двух-трех лет вы не повышали свой уровень образования – не видели в этом необходимости, не нашли подходящих вариантов, не хватило денег, не хватило времени, не было связей, чтобы получить такое образование или по другой причине?
– По другой причине, милок, ты ж меня понимаешь.
– Не понимаю, надо указать по какой.
– А зачем я буду тебе указывать?
– Тут нет варианта «тыж меня понимаешь».
– У тебя нет, у меня есть. Разделим на двоих?
– И все же, почему в первую очередь вы в течение…
А следом короткие гудки, вот и все понимание, на ты с частицей жи. Или с другой:
– Скажите, пожалуйста, в настоящее время вы работаете, учитесь, на пенсии, находитесь в отпуске по уходу за ребенком, занимаетесь домашним хозяйством…
– Я вам сказала, что я на пенсии. На пенсии!
– На пенсии.
– Вот задаешь вопросы про одно и то же. Не стыдно издеваться надо старухой?
Потому ученость ученостью, а поле полем, эксперт экспертом, книжка книжкой. Остается лишь распределить участие. Определиться, где ты эксперт. Где указывать на должность и тексты, а где помалкивать в тряпочку и не отсвечивать своей экспертностью. Спасает лишь придурковатость, растерянность и тыж меня понимаешь.
И все же, придурковатость – наиболее важная черта эксперта. На это обратил внимание Ядов, но не довел мысль до конца, поскольку кроме придурковатости экспертом тебя делает не растерянность, а наглость. Вы спросите про знание, сомнение или опыт? Нет, всё это не важно, всё это на обочине экспертизы.
Потому изо дня в день, не ожидая уважения и признания, я тружусь на высоком поприще, которое выбрали за меня – учу пониманию общественного мнения. Интерпретирую, поясняю и ковыряюсь в носу. Спросите, понимаю ли я общественное мнение сам? Пожалуй, нет. Ведь я же – эксперт. Почему не займусь вначале самообучением? А это я уже объяснил вначале: учить себя – дело полезное, ещё более полезное, пожалуй, и важное – учить других; и кстати, последнее куда легче.
Итак, прервав этот неформальный и никем не заказанный монолог, я призываю вас, меньше интерпретировать и пояснять. Ковыряние в носу, особенно под хорошее вино, куда полезней: развивает чувствительность и воображение. А понимание придёт само: «Тыж меня понимаешь?»