По ночам в лесу щебечут птицы сказочным созвучьем голосов, аж охота просто заблудиться и пропасть на несколько часов. Миллиарды звёзд горят так близко, что макушки кедров достают, для кого тайга — не зона риска, для того — отрада и уют. Здесь душа в родимой колыбели умиротворение нашла, ей пустые споры надоели и съедали заживо дела. Разделяет мир людей и этот, старая заброшенная гать. Благо, расцвело намедни лето, можно прямо тут заночевать, топором звенящим на растопку наколоть еловую щепу и понять, что сердце просит робко позабыть обратную тропу...
По ночам в лесу щебечут птицы
сказочным созвучьем голосов,
аж охота просто заблудиться
и пропасть на несколько часов.
Миллиарды звёзд горят так близко,
что макушки кедров достают,
для кого тайга — не зона риска,
для того — отрада и уют.
Здесь душа в родимой колыбели
умиротворение нашла,
ей пустые споры надоели
и съедали заживо дела.
Разделяет мир людей и этот,
старая заброшенная гать.
Благо, расцвело намедни лето,
можно прямо тут заночевать,
топором звенящим на растопку
наколоть еловую щепу
и понять, что сердце просит робко
позабыть обратную тропу...