Они жили в одном доме: молодой парень со своей девушкой, его родители и бабушка.
Девушка была ведьма.
Она не работала (работать должен мужчина!), вставала ближе к полудню. Зажигала ароматические свечи, неспешно варила кофе — только себе, разумеется. Ела завтрак, который находила на кухне. Читала книги.
Уборкой она не занималась. За продуктами не ходила. Бытовых дел избегала.
Она любила только кукол, которых бережно приносила отовсюду. Зорко осматривала помойки — увидит светлый локон, сразу устремляется спасать брошенную и сломанную куклу, несет домой.
Ведьма была не из тех оголтелых коллекционеров, что сутки напролет вяжут куклам наряды, да еще и отдают своих подопечных мастерам, чтобы те заново перепрошили волосы или нарисовали новое лицо. Ей нравилось несовершенство.
Поэтому дом постепенно заполнялся кукольными головами, конечностями, телами. Куклы были одеты в лохмотья и недобро смотрели из разных углов — кто одним глазом, кто двумя.
Из-за этих кукол домашние ее побаивались. Не торопились нагружать домашней работой.
Как-то раз мама парня сказала ей, что надо бы хоть за собой помыть посуду. А ведьма ответила лениво, чтоб мама за собой последила. Неровен час, сама посуду мыть не сможет. И надо же, мама возьми и порежь себе палец в тот же день.
С тех пор ведьму никто не трогал.
А потом ведьма от скуки завела себе другого. Она приводила его прямо в тот дом, где жила со своим парнем. Родители парня и бабушка на работе, у всех свои дела, неужто от кровати убудет? Куклы смотрели из углов одобрительно. Не убудет, не убудет, согласно кивали они головами и закатывали глаза.
Однажды ее парень неожиданно приехал в обед. И застал их вместе.
Он выволок ведьму за волосы на улицу. А потом спокойно сказал ей убираться на все четыре стороны.
Он собрал всех кукол в доме и сжег. Туда же отправил ее книги — не ведьминские, кстати, а самые обыкновенные — Цветаева, Маяковский. Он тоже их любил, но не пожалел. Почему-то ему казалось, что так надо: сжечь мосты из слов и вещей.
С тех пор семья зажила спокойно и счастливо. Вскоре он встретил обычную девчонку и женился. У них родилась дочь с белыми кудряшками, похожая на коллекционного немецкого пупса с фарфоровым личиком.
Он не боялся за свое счастье.
Сразу после того, как ведьма ушла, он стоял у костра, в дыму которого причудливо изгибались кукольные руки. Сзади подошла его бабушка. И сказала тихо:
— Да она ведь не ведьма вовсе. Просто истеричка. И бездельница. Давно пора ее выгнать было.
У него на душе тогда сразу полегчало. Они с бабушкой еще немного посмотрели на огонь и пошли домой, пить чай с чабрецом.
Он подумал: хорошо, когда есть родная душа, что говорит вслух простые, земные, мудрые и совершенно немагические вещи.
Ведь если ведьма — это просто избалованная девица, которая тащит домой с помоек всякую дрянь, то не нужно никаких магических обрядов, отворотов и наговоров. Можно просто выставить ее из своей жизни.
И никогда об этом не жалеть.