Как только Игорь взял гитару, зажал баррэ, сыграл a-эм —
Погас костёр, завыли волки, на свитере упал олень...
Послушаем пару мнений профессиональных певцов.
Chris Abdo
Когда меня впервые начали учить петь, меня считали «глухим». Да, называть кого-либо глухим, как правило, жестоко, почти всегда вводит в заблуждение и очень часто является отличным способом показать отсутствие у вас знаний по этой теме, одновременно создавая большой урон и негативизм для каждого в данной ситуации.
Из тысяч учеников, которых я обучал, многие говорили, что они перестали петь, потому что кто-то сказал им в какой-то момент, что они «глухие». На самом деле даже только в половине случаев начинающим ученикам нужно учиться умению подбирать высоту. В остальных случаях они могут просто петь голосом, который не устраивает кого-то по вкусу, поэтому их и называли «глухими». Это совершенно нелепо.
У меня никогда не было студента, который был бы по-настоящему «глухим» (подробнее об этом ниже), и люди, которые бросают этот «термин», часто бывают очень неосведомлёнными и совершенно неверно диагностируют то, что, по их мнению, происходит. Не обижайтесь на них, потому что очень мало людей хорошо осведомлены, когда речь заходит о пении.
У меня были все виды учеников, которые должны были научиться верно брать высоту тона! Термин «глухой» означает, что вы не можете услышать разницу между более высокой и более низкой нотой. Это было бы инвалидностью. Кто-то, кто не знает, как взять верную высоту тона, просто должен получить навык пения (фактически комбинацию навыков).
Если вы не знаете, как ездить на велосипеде, это не значит, что вы парализованы, и если кто-то скажет вам именно это, это не будет иметь никакого смысла. Это как если бы кто-то пришёл на урок игры на фортепиано, имея проблемы с чтением с листа, а его просто назвали бы слепым.
Неспособность соответствовать высоте тона, когда вы начинаете петь — это даже неплохо. Это значит только то, что вы с самого начала должны внимательно прислушиваться к своему пению.
К тому времени, когда я смог брать верный тон (что заняло около года), я быстро превзошёл почти всех в хоре у себя в средней школе, когда речь заходила о чтении с листа и относительном слухе. Я говорю это не для того, чтобы похвастаться, а чтобы сказать, что нет абсолютно ничего плохого или негативного в том, чтобы начать с уровня, даже более низкого, чем у среднего человека. Так что, если вы начинаете с того, с чего начал я — воодушевитесь.
Если только вы не Simon Cowell (а ваша работа заключается в том, чтобы дразнить людей, чтобы ваше шоу могло привлечь больше внимания и, следовательно, заработать больше денег), то вам никогда не стоит называть кого-то «глухим». Если кто-то в упор просит вас сказать им, что вы думаете об их пении, вы можете просто сказать, что они ещё не знают, как брать верную высоту звука... при условии, что вы действительно можете правильно диагностировать, что они берут не верный тон, когда поют.
David Leigh
Мой папа был профессиональным музыкантом. Сейчас я профессиональный оперный певец и, когда я был ребенком, я всё время пел дома. Это было в основном не в тон и ужасно, потому что дети поют ужасно в 100% случаев.
Он велел мне перестать петь, потому что это было ужасно. Обратите внимание, что он был прав. Но также обратите внимание, что 20 лет спустя — я профессиональный оперный певец. В пении или игре каждого человека есть момент, когда это «отстой». Для некоторых людей этот момент будет навсегда, а у других будет улучшение.
В любом случае, если вы думаете, что говорить кому-то, что у него плохие инструменты, имеет какой-то смысл, вы совершенно объективно ошибаетесь. Проблема даже не в том, что это жестоко, а в том, что это неэффективно.
Я должен отметить, что, как только я начал хорошо петь, отец сразу же это узнал и стал этим ужасно невыносимо горд, похваставшись всем, кого знал, и так далее...