В конце 1920-х годов, после десятилетия поиска оптимальной конструкции танка своими силами (Рено-русский, Т-18/МС-1), советское руководство обратило внимание на иностранные образцы.
Это совпало с моментом, когда опыт Великой войны был окончательно переосмыслен ведущими мировыми танкостроителями.
Например, в Англии появился новый танк Vickers Mk E (aka Vickers 6-ton), который не пришёлся ко двору собственной армии (там были сложные бурления на тему танка будущего) и оказался выставленным на продажу на экспорт.
После знакомства советской делегации с конструкцией машины, она была приобретена со всей конструкторской документацией и лицензией на производство.
Подобные акции советские закупочные комиссии проводили в конце 1920-х и в 1930-х годах по всему миру.
Приобретались лучшие доступные образцы, технологии их производства и вся конструкторская документация.
Так в сельском хозяйстве СССР появились первые массовые колёсные и гусеничные тракторы Фордзон-Путиловец, Универсал-2, СХТЗ-15/30, Сталинец С-60.
В авиации лицензионным был Ли-2.
В автомобилестроении прямыми копиями иностранцев были ГАЗ-А, ГАЗ-АА, основанными на иностранных технологиях - АМО-Ф-15 и ЗИС-5.
В танкостроении были куплены технологии и конструкция Т-26 и БТ (шасси).
В артиллерии, например, 45-мм ПТП 19-К была разработана путём замены ствола лицензированной немецкой 37-мм пушки Rheinmetall 1930-го года.
Было приобретено несколько крупных и не очень надводных кораблей.
Все эти и многие другие образцы принесли в СССР технологии, которые были использованы в Индустриализации советского народного хозяйства.
В начале 1920-х Советская Россия была крайне технологически отсталым государством, но всего за 20 лет, при помощи грамотной политики технологических заимствований и вложений в капитальное строительство заводов, фабрик и электростанций, сумела сделать огромный скачок, догнав к началу 1940-х ведущие мировые страны.
Далось это не просто, но сам факт впечатляет.
Одним из образцов, принёсших в страну новые технологии, и стал танк Т-26.
История его развития заслуживает отдельного рассказа (и эти рассказы есть в массе).
Остановимся на той машине, которая стоит в Ленино-Снегирёвском музее.
Это однобашенный танк, вооружённый 45-мм танковой пушкой 20-К (адаптированной под установку в танк упомянутой выше 19-К).
В 1932-м году первоначальная двухбашенная пулемётная конфигурация, приобретённая у англичан, была модернизирована советскими инженерами с разработкой совершенно новой башни и установкой в неё 45-мм пушки.
В процессе массового выпуска конструкция танка постоянно улучшалась и оптимизировалась.
По некоторым признакам, этот танк можно отнести к выпуску 1933-1934 годов.
В частности, об этом говорит форма рубки механика-водителя (на более поздних образцах она выступает вперёд из подбашенной коробки).
Так же у этого образца ранний люк доступа к трансмиссии на верхней лобовой детали (откидывается назад, а не вперёд).
Эта машина была потеряна Красной Армией в 1942 году в районе Мясного Бора (деревня в 35 км севернее Великого Новгорода).
Нашли её в 1989, привели в порядок и через некоторое время Т-26 оказался здесь, в музее.
Что тут с ним происходило неясно, но после нескольких лет стояния подвижная бронировка орудия оказалась расколота (на старых фото она целая).
В остальном, это интересный и легкодоступный образец редкой в наше время машины, которая была выпущена тиражом более 11 тысяч экземпляров, но почти все танки Т-26 погибли во время Войны.
Кстати, а вы знали, что вот этот кожух и "уши" микролитражки "Запорожец" имеют одно назначение - они нужны для работы воздушного охлаждения двигателя.
Т-26 имел двигатель без водяной системы.
Для условий эксплуатации на территории СССР - это вполне подходящее решение.
Нет необходимости в антифризе и опасности "разморозки" жидкостной системы охлаждения при неслитой в сильный мороз воде, например.